# 06 (70)    14 апреля 2007г

Чтобы помнили

МАРАГА. 15 ЛЕТ МОЛЧАНИЯ

"Мы были в Степанакерте, когда нам сообщили о событиях в Мараге. Чтобы получить факты, сразу же поехали туда. То, что мы увидели там, не поддается описанию. Деревня была абсолютно разрушена, точнее - разгромлена. Люди хоронили погибших - вернее, то, что можно было хоронить: останки разрубленных и распиленных на куски тел, сожженных заживо и замученных. Некоторые были похоронены накануне, и мы произвели эксгумацию для того, чтобы заснять их на фотопленку, хотя понимали, как это трудно для армян. На кадрах, сделанных в те дни в Мараге, запечатлены свидетельства происшедшей здесь ужасной резни: обезглавленные и расчлененные тела, останки детей, окровавленная земля и куски тел в тех местах, где азербайджанцы распиливали живых людей. Мы видели острые серпы с запекшейся кровью, которые использовали для расчленения, - наверное, их тоже надо было взять в качестве доказательств, но я просто не смогла сделать это. Убив таким образом жителей Мараги, азербайджанцы затем разграбили и подожгли село", - рассказала пэр Британии, баронесса Керолайн КОКС в интервью армянским журналистам сразу после марагинских событий.

Историческая справка

Резня в Мараге - резня, устроенная азербайджанскими вооруженными формированиями в армянском селении Марага Мартакертского района Нагорного Карабаха. Произошла 10 апреля 1992. В этот день, около 7 часов утра в селение ворвались формирования азербайджанского ОМОН. По данным К. Кокс, было убито не менее 45 жителей села (согласно поименному армянскому списку - 57); 49 человек были взяты в заложники, среди них 9 детей, 18 женщин, 3 престарелых и один слепой (данные подтверждены Международной правозащитной организацией «Helsinki Watch»). Само село было разграблено и частично сожжено. По армянским данным, неделю спустя село подверглось второму набегу; все жители были изгнаны, 13 человек уведено в заложники.

Как это было...

В ночь на 10-е апреля 1992 года азербайджанский ОМОН при поддержке техники дислоцированной в Кировабаде 4-й советской армии атаковал село, в котором на то время проживало более 5 тысяч человек. Отряды самообороны в составе 200 человек не могли противостоять танкам и БТР, и азербайджанцы вошли в село. Через 4 часа после этого Марага силами объединенных отрядов карабахской самообороны была освобождена. Но картина, которая предстала перед глазами солдат, не забывается ими до сих пор. Обезображенные трупы, сожженные заживо тела, угнанные в плен старики и дети...
Рассказ очевидицы событий Седы ПОГОСЯН: "Несколько человек подошли к блиндажу, где находились и я с невесткой Марине и двумя малолетними внуками - 4-летним Кареном и 2-летним Вигеном. Азербайджанцы приказали выходить. Первым по ступенькам поднялся седой старик Саша, за ним Ася, Забел. Как только человек показывался из блиндажа, его тут же убивали-резали. Невестка Марине, оставив детей мне, также поднялась по ступенькам. Азербайджанец, занесший нож для удара, остановился и начал срывать с нее драгоценности. Затем разорвал платье на молодой женщине. Она бросилась бежать, азербайджанец за ней. Выход из блиндажа был свободен. Люди кинулись наверх. Их заметили азербайджанцы, занятые грабежом, и кинулись убивать - топорами, ножами, косами. Сразу были зарезаны Мася и Рубен Ананяны. Я увидела, как убегает от палачей сестра невестки - Карина".
Седу Погосян ударили по голове и выхватили из рук внука Вигена. Она мертвой хваткой вцепилась в Карена, которого также пытались отнять. Ее били по голове, кровь залила глаза, рот. Топором ударили по рукам женщины. Чудом уцелевшая Седа Погосян попала в заложники в азербайджанскую семью, где надеялись обменять ее на сына. Через 2 года и месяц она была обменена.
Самой младшей из заложников была Леля АМБАРЦУМЯН, которой в момент пленения было всего 1 год и 4 месяца. Ее обменяли в декабре 1993 года уже трехгодовалым ребенком. "Девочка попала в плен вместе с матерью и братом (4-5 лет), в плену мать потеряла ее. Отец Лели - Камо Амбарцумян - пропал без вести, и до сих пор о его судьбе ничего не известно. После долгих поисков Леля была обнаружена в детском приюте в одном из городов Азербайджана под чужой фамилией и именем. До ее обмена мать и сын уже были обменены. Когда мы приехали за ней, Леля не узнала мать, которая была привезена для опознания, девочка выговаривала азербайджанские слова", - рассказал Альберт ВОСКАНЯН, являвшийся в то время заместителем председателя госкомиссии НКР по вопросам военнопленных, заложников и без вести пропавших.
“Это был, пожалуй, самый кровавый эпизод карабахской войны. То, что произошло в Мараге, являлось следствием проводимой годами в Азербайджане политики. Семена вражды долгое время не прорастали, пока не наступил удобный момент - Сумгаит, Марага... К сожалению, политика укоренения вражды продолжается до сих пор, и это мешает установлению добрососедских отношений между нашими странами», - так оценил совершенное в Мараге спустя 15 лет спикер карабахского парламента Ашот ГУЛЯН.
"Совершенная в Мараге резня мирного населения не имела никакой связи с военными действиями. Эти люди не представляли опасности для Азербайджана, село не являлось огневой точкой. Но преступники до сих пор не призваны к ответственности", - говорит председатель парламентской комиссии по внешним сношениям Ваграм АТАНЕСЯН.
Трагедия Мараги расценивается карабахской стороной как один из самых ужасных примеров геноцида и рассматривается в ряду кровавых преступлений Азербайджана в Геташене, Мартунашене, Бузлухе, Эркедже и других населенных пунктах на севере НКР в период агрессии 1991-1992 годов. По глубине человеческой трагедии, степени жестокости, количеству лиц, подвергшихся насилию и взятых в заложники, события пятнадцатилетней давности в селе Марага занимают особое место.
Посетившую место трагедии вице спикера палаты лордов британского парламента баронессу Керолайн Кокс до глубины души потрясла представившаяся картина. "Они не из человечесокого рода", - так она отозвалась об азербайджанских военных, сотворивших резню.

10 апреля 2007 года в Карабахе отметили 15 лет со дня трагических событий в селе Марага Мартакертского района. Представители карабахских властей возложили цветы к памятнику невинных жертв марагинских событий в селе Нор Марага. А днем ранее в Арцахском госуниверситете состоялась презентация диска "Марага", подготовленного студией "Тсир Катин" ("Млечный путь").

Презентация

По словам руководителя студии "Тсир катин" Нарине АГАБАЛЯН, в диск вошли архивные документы, свидетельства очевидцев, участников и пострадавших, фотографии, видеоматериалы, отснятые на следующий после трагедии день, а также фильм, основанный на рассказах очевидцев. Кроме того, в диске есть интервью с вице-спикером Палаты лордов британского парламента, баронессой Керолайн Кокс, а также отрывки из ее книги "Этнические чистки продолжаются". По словам Н. Агабалян, единственную попытку придать событиям в Мараге международное звучание предприняла в свое время организация "Против правового произвола", которая собрала материалы по свежим следам. Эти документы и факты должны были быть представлены в ООН, но работа так и осталась наполовину.
Все материалы, собранные организацией, вошли в диск. МИД НКР также предоставил пакет архивных материалов и правовых документов. В диск вошли также все публикации в прессе по марагинским событиям. Спонсорскую поддержку при производстве диска оказал американский бизнесмен Вардгес АНИВЯН.
"По материалам наших данных мы пришли к выводу, что в тот день в Мараге было зверски убито 81 человек, взято в плен 67. Часть заложников была потом возвращена или обменена, но судьбы многих до сих пор безвестны. В Карабахе после тех событий осталось 260 семей - около 880 человек. Сейчас село Марага находится на нейтральной территории. Фотографии со спутника свидетельствуют о том, что село полностью разрушено", - говорит Н. Агабалян.
"В Новой Мараге нас 530 жителей. Мы обосновались в этом селе, потому что жить было негде. И мы имеем полное право жить здесь, пока не вернемся в наше родное село», - сказал в своем слове глава общины Нор Марага Рома КАРАПЕТЯН.
Большинство марагинцев живут сейчас в Ставропольском и Краснодарском краях. "Связь с ними есть и сегодня, но возвращаться они не хотят», - сказал глава общины. "Азербайджану удалось убедить ООН направить в Карабах миссию, которая должна была "доказать", что на освобожденных армянских территориях живут армяне. А где же должны жить жители Мараги? Куда делись те 7 тысяч человек, которые жили в Мараге, Маргушаване? Разве ООН о них не должно подумать?» - сказала Нарине Агабалян.

Эксклюзив

- Как возникла идея создать подобный диск?

- Ровно десять лет назад я с баронессой Кокс поехала в село Нор Марага и впервые там встретилась с марагинцами, увидела их глаза, услышала их рассказы и осознала всю тяжесть происшедшего с марагинцами. С тех пор я начала собирать информацию и поняла, что о реальной истории Мараги не знает не только мир, но и мы сами. Уже собирая все факты и весь архив для диска, я увидела весь масштаб трагедии и поняла, что это была самая страшная страница всей истории нашего конфликта и, к сожалению, самая забытая... В различных архивах мне удалось найти свидетельства очевидцев событий, заложников, пострадавших... И я сама тоже начала встречаться с людьми и создавать картину того, как это было. Нашла видеокадры, сделанные на следующий день после событий в Мараге и поняла, что это был геноцид - другим словом это невозможно назвать. Когда ты видишь обугленные и изрубленные трупы 80-летних стариков, женщин и детей - по-другому это назвать невозможно.

- Сколько времени длилась работа над диском?

- Идея возникла 10 лет назад, но тогда я и не представляла, какой объем работы нам предстоит. По ходу этих лет, когда я поняла, что до сих пор не было опыта рассказать реальную историю Мараги и поднять голос в защиту прав пострадавших там людей, я решила начать эту работу. Очень сложно было - потому что не хотелось заставлять очевидцев событий снова переживать страшную боль, и самой было тяжело в день по нескольку раз возвращаться к тяжелой истории. Но цель была важнее, и мы завершили работу над диском, который можно считать результатом 10-летней работы, которая в течение последних двух лет велась более интенсивно. Благодаря работе армянской НПО "Против правового произвола", которая по свежим следам собрала все возможные свидетельства, в диск вошли многие материалы, имеющие историческую и документальную ценность. Слава Богу, что современные технологии имеют возможность хранить и восстанавливать даже пожелтевшие листочки...
- Любая работа делается для чего-то. Чему призван служить диск "Марага"?
- Хотелось довести правду о событиях в Мараге до международного сообщества, до европейских структур, до всех тех, кто занимается карабахской проблемой. Хотелось защитить права этих людей. И еще - для меня эта работа очень важна и потому, чтобы в дальнейшем предотвратить подобное. Я считаю, что это был геноцид не против одного села, а против человечества. И надо всем вместе бороться с такими явлениями - будь то в Карабахе или в любом другом уголке земного шара.

Вместо эпилога

По словам Нарине Агабалян и тех немногочисленных журналистов, которые так или иначе освещали марагинскую трагедию, удивительно 15-летнее молчание армян о резне в Мараге. При том, что Азербайджан во всех международных инстанциях трубит о Ходжалу и "армянском фашизме", мир молчит о беспрецедентной бойне, устроенной против мирных женщин, стариков и детей маленького карабахского села. Что это за непонятное молчание? Молчание, в котором, по меткому выражению журналистки Марине Григорян, все же слышится тревожный набат...
подготовила

Карине ОГАНЯН

 

Политика

 НИЧЕГО НЕ СЛУЧИЛОСЬ - ТАК БЫЛО ВСЕГДА

В Ереване время от времени - не в дискуссиях, а почти в праздных разговорах - задается безответный, риторический вопрос: «что случилось с карабахцами»? Больше всего раздражает не сама постановка вопроса, а совершенная бессодержательность, которая вкладывается в эту мысль.
Нынешним настроениям и социумным установкам в Карабахе удивляются люди, которые так и не поняли, что произошло в Ереване, да и никогда не вдумывались в это серьезно, если выражаться просто и честно - по-мужски. Никто не сомневается, что карабахцы всегда готовы защитить свою родину. Но оба мира, которые окружают Карабах - мир друзей и мир врагов - не сомневаются и в том, что великая карабахская философия выживания остается, как и во многие века, фактором конформизма, который никак не соответствует многим другим качествам этого народа.
Есть мнение, что этот конформизм позволил карабахцам выжить в веках, и нужно считаться с данным непреходящим обстоятельством. Конформизм, каким бы прагматичным он ни был и не являлся обстоятельством, которым обыватели, обличенные в хитон политиков и околополитических деятелей, пытаются объяснить те совершенно непотребные для сознательного индивида и свободной личности качества, какие, несомненно, находят свое воплощение в личности «карабахского типа», коробит не только тех, для кого Карабах - не просто очень многое, а по сути дела - все, но и тех многих (к сожалению, очень многих), для которых Карабах - это всего лишь предмет дискуссии, но которые могли бы приложить гораздо большие усилий, если бы не сомнения, возникающие в их сознании, переполненном нормальным человеческим эгоизмом.
По поводу приближающихся президентских выборов в Нагорно-Карабахской Республике в полной мере (как и всегда ранее и, вместе с тем, как никогда прежде) из-за ширмы иной, менее вопиющей демагогии, выползает великий степанакертский тезис о необходимости согласования решений с Ереваном. При этом исчерпывающе виднеются те же спекуляции, которые обнаруживались в конце 80-ых - начале 90-ых годов. На этот раз самым бесстыдным образом выдвинута установка на полное согласование выдвигаемых претендентов с президентом Армении Р. Кочаряном. При этом совершенно не объясняется, а для чего вообще проводить выборы?
Лидеры НКР и лидеры Армении постоянно выдвигают лозунги о достижении международно признанного суверенитета - как приоритетной задачи. Большую профанацию при таких общественных установках трудно придумать. Достижение независимости - это не комплементарный, не мафиозный и не келейный процесс; это реальный процесс, процесс реальной политики. Наличие непубличной политики в аналогичных процессах вовсе не означает возможность решить проблему без открытого, демократического, общественно-признанного процесса становления независимости. Ереван не в состоянии решить эту проблему методом затрапезных бесед. Если такого рода приемы в ходу в мировой политике, то для ереванских политиков это совершенно недостижимо, они не являются участниками мировой элиты - по ряду проблем. Осенью 2002 года США практически приняли решение о неотвратимости суверенизации «неподконтрольных территорий», и эта политика продолжается, несмотря на противоречивость процесса, на наличие совершенно различных интересов США в их внешней политике. Несмотря на то, что европейское сообщество и Россия не готовы к восприятию данной стратегии (именно стратегии, иначе эту политику не назовешь), США продолжают свою политику, применяя основной метод - «убеждения бывших метрополий» в том, что возврата к прошлому нет, причем данное «убеждение» происходит различными способами. Да, но независимость получает только реально независимый субъект, а не сомнительное внесубъектное территориальное объединение. Не каждая нация достойна называться государствообразующей, претендовать не только на государственность, но и на адекватность поведения в демократическом мире. В настоящее время проблема демократической субъектности возникает не только в применении к НКР, но и к Республике Армения. Это более серьезно, чем может показаться обывательскому обществу.
Характерно то, что не только мелкие властные, провластные и полукриминальные группировки в Карабахе всячески распространяют настроения о необходимости доминирующей роли официального Еревана в выдвижении и поддержке претендентов в президенты НКР. Воспринимая данную общественную установку как совершенно непотребную и безобразную, многие цивильные политические деятели в НКР также рассматривают “фактор Еревана” как практически непреодолимый. Рассматривая предыдущие политические и социальные процессы в НКР, можно придти к выводу о том, что данные фаталистические настроения не более чем недостаточная организованность самой оппозиции. В действительности, безмолвное поведение карабахцев - не более как блеф, навязанный фактором вопиющего несоответствия весовых категорий политиков карабахской оппозиции ресурсам официального Еревана.
...Несмотря на множество примеров и убедительных доводов, невозможно принять в полной мере, что выживание является основным мотивом поведения в Карабахе. Выживают приспособленцы, нашедшие прибежище на чужбине. Карабахцы, выросшие и вросшие в свою землю, не могут ориентироваться на философию выживания. В этом просто нет необходимости.
В ожидании предвыборной кампании в Степанакерте, как всегда, в народ “выбрасываются” некоторые тезисы, которые преследуют цель унизить человека, заставить его почувствовать себя ничтожеством, неспособным реагировать на социальный вызов. Людям внушается, что любые усилия и любые попытки сделать свой голос на выборах весомым и значимым безуспешны, что все предрешено и незачем рыпаться. При этом, все это якобы подтверждается «добром» Р. Кочаряна. Если кому-то показалось, что кто-то где-то сказал «о кей», то это впечатление сложилось от того, что эти люди, долгие годы облеченные властью, так и не поняли ничего в политике, так как ею и не занимались, уткнувшись в свои мелкие делишки. Кто и в отношении кого сказал «о кей», выяснится в дальнейшем, непременно выяснится.
Одним из вечных блефов карабахских властей является то, что если партия «Дашнакцутюн» придет к власти или даже приобретет влияние, то неизменно начнется война. Будет война или нет, решают не Степанакерт, не Ереван, не Баку, тем более, не партия «Дашнакцутюн», да и никакая другая политическая группировка.
Конструирование образа «партии войны», постоянное запугивание людей угрозами для их детей, находящихся на линии фронта, не просто аморально, это способ существования определенных группировок в Степанакерте. Причем это происходит не в порядке цивильной дискуссии, так как это в принципе невозможно, а в режиме истерики.
Однако наиболее чудовищным в массовой психологии является то, что карабахские вооруженные силы представляют собой одномерную массу, которая будет голосовать, а в некоторых интерпретациях - должна голосовать совершенно однозначно - так, как им просигналят из Еревана, то есть опять же Р. Кочарян. Приводится такой термин - «единый фронт голосования армии и полиции». То есть от того, какая команда будет дана, такова и будет судьба голосования. По этому поводу ведутся переговоры, по этому поводу и без повода происходит дискуссия в карабахском обществе. Смириться с этим означает то, что все общество обрекает вооруженные силы на роль послушного стада. И ни у кого, даже у оппозиции, не возникает мысли, что это преступно.
Если данное обстоятельство реально, нет иной альтернативы, нет и общества, и государственности. При этом власти очень хорошо знают, что мировое сообщество лишь играет в безучастность. Если до парламентских выборов 2005 года имелись неплохие ожидания в части демонстрации демократии и государственной зрелости НКР, то за какие-то полтора года утрачены очень важные позиции и надежды. Если многие тысячи военнослужащих будут голосовать по указке, то самым ответственным гражданским выбором должен стать убедительный бойкот президентских выборов. Настанет время, когда гражданское общество НКР будет вынуждено объявить подобные выборы незаконными. Возможно, этот шаг продемонстрирует наличие общества в НКР - гражданского или прифронтового, но общества.
У меня сомнения в том, что Р. Кочарян может принять такое решение и отдать приказ министрам обороны и внутренних дел обеспечить этот самый «единый фронт голосования» за одного из претендентов.
Генералы и старшие офицеры несут несравненно большую ответственность за безопасность, нежели гражданские власти, а политический процесс, в том числе выборы, является важнейшим элементом национальной безопасности. Всевозможные писатели, официальные и неофициальные пропагандисты, глашатаи патриотических тостов, для которых стало профессией возносить защитников Родины, должны вдуматься в то, что уважать защитников Родины - это, прежде всего, уважать их права, как людей и граждан, а не превращать их в безмолвное стадо, да еще щеголять этим - как своим политическим ресурсом.
Но все эти приемы, что называется, являются блефами внутреннего порядка. Карабахские власти в последние годы и в настоящее время продолжают утверждать (во всяком случае, никак не опровергли это), что освобожденные территории Низинного Карабаха нужно сдавать противнику. При этом возникает вопрос - каким образом карабахские власти пришли к такому выводу, если никогда не занимались внешней политикой, были лишены доступа к функциональной международной информации (по их утверждению) и, вообще, оказались изолированными в части принятия решения по внешней политике?
Конечно, с этими жалобами карабахских властей нельзя не согласиться, они действительно оказались в изоляции, но и не пытались заниматься внешней политикой. Откуда же такая ув&