# 18 (82) 31 октября 2007г

Мы

В Карабахе произошла шелковая революция

Только после революции происходит такая тотальная смена номенклатуры. Судя по всему, у нас произошла революция - не бархатная, ну, может быть, шелковая. Эту мысль высказал депутат парламента бывшего созыва Левон Айриян.
Сначала было сложно согласиться с этим, поскольку весь ход президентской предвыборной борьбы, объединение политических сил вокруг одного кандидата, усиленные поиски оппозиции и ее преследование, приводили к мысли о полной победе властных сил на выборах. Но уже после выборов стало ясно, что все не так, как кажется.
Несмотря на то, что силы, поддержавшие президента, пришли к власти на обещаниях продолжить политику действующих властей, после выборов началась жесткая критика политики прошедших десяти лет, тотальные кадровые изменения. Новые власти начали сотрудничество с организациями, которые не сотрудничали со старыми. И так далее, и так далее.
На последнем заседании парламента молодой премьер-министр Ара Арутюнян подверг жесткой критике социально-экономическую политику прошедших 10 лет. Он отметил, что налоговая и кредитная политика проводились так, что бизнес и строительство не развивались. За последний год в Степанакерте было построено 230 квартир и снесено около 100, сказал он. И много-много таких «мелочей», которые были допущены прежними властями.
Более того, премьер предложил программу деятельности нынешнего правительства, в которой особое место отведено антикоррупционной борьбе. И это при том, что прежний президент заявлял, что в Карабахе нет коррупции, а в суды за 10 лет не поступило ни одного дела по статье о коррупции.
В общем, налицо практически полное неприятие политики прежнего руководства. А если учесть, что в стране все больше укрепляются позиции партии «Свободная Родина», а правящая Демпартия все больше сдает свои, то можно уже с уверенностью говорить о том, что в Карабахе незаметно провернули шелковую революцию. Остается, чтобы партия «Свободная Родина» взяла в парламенте большинство и назначила своего спикера. Этот шаг тоже возможен, поскольку скоро в двух округах на вакантные депутатские места предстоят выборы.
Зачем оппозиция властям, которые только что взяли власть? Тем более, что те, у кого взята власть, не особенно на это жалуются. Фракция «Демократия», несмотря на несколько колких замечаний, все же, одобрила программу правительства, возглавляемого премьером от «Свободной Родины». Бывшая оппозиция в лице АРФ Дашнакцутюн и партии «Движение 88» тоже была не против. Так что, в Карабахе сейчас не поймешь, где оппозиция, где позиция.
Единственное, что хотелось бы напомнить в этой ситуации: вопросы, по которым нынешняя власть подвергает критике власть бывшую, уже давно звучат на страницах независимой прессы. Когда нынешняя власть шла к власти, она всячески противостояла этой критике, пытаясь представить журналистов чуть ли не врагами народа. Теперь те же вопросы звучат из уст премьер-министра...

Наира АЙРУМЯН

 

Страсти по кадровым перестановкам

В последнее время, а точнее после формирования правительства, жизнь в различных сферах жизнедеятельности республики словно остановилась – например, в сферах культуры и спорта не проводится мероприятий, поскольку все заняты кадровыми перестановками, и очередь до мероприятий не доходит.
Кстати, о кадровых перестановках много говорят в обществе, причем, кто-то называет это «революцией», кто-то – «рокировками», а некоторые считают, что власть просто комплектует команду. Судя по всему, происходит и то, и другое, просто непонятно, по какой логике и принципам. Принципом может быть любой из вышеназванных трех.
О логике кадровых перестановок заставляют задуматься факты: прошлая и нынешняя деятельность назначенных кадров так сильно отличается по своему характеру, что попытки работать на новом месте «по-старому» приводят к казусам. Или, например, руководители некоторых ведомств, деятельность которых была раскритикована во время президентской кампании, были назначены на руководящие должности в других ведомствах. В этом контексте перестановки напоминают рокировки.
Что касается «кадровой революции», то следует заметить, что на волне «революции» на ответственных постах объявились люди, которые не имеют никакого отношения к руководимым им сферам. Как они будут разбираться во вверенных им сферах, вопрос отдельный – ведь для этого необходимы как минимум время и опыт. А где же будет приобретаться опыт? И сразу возникает вопрос – станут ли экспериментальными полями сферы, которые и без того не блещут успехами и нуждаются в серьезных реформах?
Задача комплектования команды также сыграла свою роль во всем этом, что вызвало в обществе неоднозначную реакцию. Этот процесс имеет как положительные, так и отрицательные стороны. Позитив состоит в том, что политическое противостояние не становится препятствием для осуществления государственных проектов. А негатив, пожалуй, в том, что недовольным чем-то гражданам просто некуда будет обратиться – члены команды интересам друг друга вредить не будут. Вот тут-то и исчезнет с концами общественный контроль над деятельностью властей. Вернее, увидеть-то ошибки властей можно будет, а вот рычагов для их предотвращения или выправления – нет.
А может, комплектование команды имеет другую, более важную цель? Уже давно правила на политическом поле диктует партия «Свободная Родина», которая сейчас выполняет роль, определенную в последние 10 лет для Демократической партии. Обе партии появились в политическом пространстве в качестве платформ президентов. Очевидно, что сейчас кадровая политика «Свободной Родины» направлена на укрепление собственных позиций и вытеснение Демпартии. А у последней два выхода – либо уйти в оппозицию, либо смириться с потерей позиций. Пока партия избрала второй вариант, что очень ярко проявилось во время последнего заседания парламента, на котором обсуждалась программа деятельности правительства.
Достанется ли что-то от этой «политической борьбы» народу – это еще вопрос. Однако, очевидно, что правительство пытается обсудить и решить целый ряд насущных для общества проблем. Например, рост цен на хлеб. Несмотря на обговаривание этой темы, для людей в вопросе покупки хлеба пока ничего не изменилось. Вопрос в том, как именно будут решены - эта и другие многочисленные проблемы, волнующие народ.

Анаит ДАНИЕЛЯН

 

Сами принимаем законы, сами проводим в жизнь, и сами же контролируем

Первое, что необходимо сделать сейчас, как бы это парадоксально ни звучало, - это распустить парламент и назначить новые выборы. Монопольный сговор парламентских партий ничего общего не имеет с развитием. Это застой в своем худшем исполнении. Так как у нас нет антимонопольных структур, это отразится на экономическом потенциале общества.
Монополия в том, что сами принимаем законы, сами проводим в жизнь и сами же контролируем. Парадокс в том, что в одних и тех же лицах осуществляется эта программа, по сути своей коррупционная. Отсутствие общественного контроля стимулирует это отрицательное явление. В высшей стадии беспредела уже не имеет значения, какие лица занимают тот или иной пост. То есть мы, независимо от себя, из лучших побуждений воспроизводим класс, паразитирующий на общественных благах.
Кстати, о законах. Само принятие Конституции НКР было поспешным, хотя необходимым. При внимательном чтении создается впечатление, что писавшие текст Конституции были далеки от философии, политики, юриспруденции. Из этого следует, что необходима кропотливая работа над текстом Конституции, чтобы привести ее в соответствие с духом нашего народа, а не привязывать к конкретным действующим руководителям и лицам.
Взаимосвязь духовного и материального не должна искусственно нарушаться. Мы на это не имеем права.

Григорий АФАНАСЬЯН

Геополитика

Как отразятся геополитические процессы на карабахском урегулировании

В регионе, называемом сейчас Большой Ближний Восток, происходят сложные события, которые не могут не отразиться на каждом из субъектов данного региона. Причем, чем слабее и зависимее субъект, тем сильнее воздействие.
В первую очередь, следует отметить курдско-турецкое противостояние, которое каждую минуту грозит перерасти в полномасштабную войну. Началось оно, как вы помните, с попыток американского Конгресса признать армянский геноцид и тем самым надавить на Турцию. Тогда аналитики писали, что Америка наверняка чего-то требует, и если резолюцию о геноциде отзовут, значит, Турция уступила. Резолюцию отложили, и это значит, что Турция уступила Западу в каких-то очень важных вопросах. По крайней мере, не случайно премьер Турции Эрдоган в самый разгар курдско-турецкого противостояния неожиданно полетел в Лондон и заключил с Британией договор «о совместном строительстве энергетического центра в иракской Басре». И вовсе не случайно тот же Эрдоган 5-го ноября вылетает в Вашингтон. Как бы то ни было, парламент Турции дал добро на вхождение турецких войск в Ирак, и даже президент Ирака не смог уговорить Анкару наладить конфликт мирным путем.
Ко всему прочему, в стремлении «отомстить» курдам, а вернее, не допустить создания на части территории Турции курдской автономии, турок поддержал президент Ирана Махмуд Ахмединиджад. Он, кстати, недавно приезжал в Армению и, заключив энергетические договоры, неожиданно уехал, не посетив Цицернакаберд.
Иран также ужесточил свою позицию в «ядерном» конфликте, и США уже заявили об ответных мерах. Немаловажно было и то, что с поста секретаря Совета национальной безопасности Ирана ушел влиятельный и в меру миролюбивый Али Лариджани. На его место был назначен человек, не отличающийся миролюбивыми взглядами.
Немаловажен также фактор Армении, которая вступила в предвыборный режим. Громкое возвращение на политическую арену Левона Тер-Петросяна, серьезные обвинения, предъявленные им действующей власти, ужесточение в Армении информационной политики не могут не воздействовать на восприятие карабахской проблематики.
«В регионе повысился общий градус, и карабахская проблема выросла из локально-региональной в геополитическую. И на этом уровне она становится второстепенной. Боюсь, что в контексте развивающейся в Ираке, Иране, Турции ситуации статус-кво в Карабахе не удастся сохранять долго. Демократические процессы отойдут на второй план, и проблемы будут переведены в силовое поле. Армении и Карабаху остается только переждать и не становиться участниками геополитического противостояния. Мы уже один раз были элементом такого противостояния и знаем, чем это заканчивается», - считает карабахский эксперт по проблемам безопасности Грачья Арзуманян.
Карабахскую проблему следует рассматривать как геополитический элемент, и именно противостоянием двух основных мировых сил - России и Запада - обусловлено затягивание процесса урегулирования. Об этом было заявлено в ходе «круглого стола» в Степанакерте с участием российских и германских экспертов. «Многое будет зависеть от отношений России и Запада», - отметила заместитель директора российского Центра стратегических и политических исследований Ирина Звягельская.
По словам директора российского Центра стратегических и политических исследований Виталия Наумкина, нельзя говорить о Карабахе, закрывая глаза на все остальные геополитические процессы. “В России нет четкой политической позиции по Южному Кавказу. Единственное, что можно отследить, это стремление сохранить стабильность в регионе и не допустить вступления НАТО на Кавказ”, - сказал В. Наумкин.
По словам директора московского офиса фонда Розы Люксембург Петера Линке, Евросоюз, который все еще находится в фарватере политики США, только сейчас начинает формировать позицию по Кавказу. «Сейчас в кавказском контексте больше говорят о Грузии, о Северном Кавказе. Армения и Карабах как бы выпали - даже из общественного дискурса. Нет понимания происходящих здесь общественных процессов, недооценивается даже столь опасное явление, как милитаризм. Видение кавказской проблемы в ЕС в целом однобокое - больше говорят об энергетике и экономических проектах, - отметил П. Линке.
«И все же, в Европе произошел определенный сдвиг в сторону решения о том, что надо работать с непризнанными государствами, а не ждать в сторонке, когда все вопросы сами собой решатся. А в Америке появилась и набирает обороты концепция по стимулированию создания в государствах, желающих вернуть под свой контроль непризнанные государства, параллельные правительства этих стран», - заметил В. Наумкин.
«К сожалению, я не вижу перспектив долгого сохранения статус-кво в регионе. Позиции сторон никак не сводятся к компромиссам. Есть три сценария развития событий - возобновление военных действий со стороны Азербайджана, расширение НАТО и вступление южно-кавказских республик в альянс, и третье - признание со стороны России независимости Абхазии. В любом случае, все эти сценарии приведут к нарушению статус-кво и росту напряженности в регионе», - поделился аналитическими выкладками заведующий отделом Кавказа Российского института стратегических исследований Александр Скаков.
«Раз уж мы говорим столь откровенно, я скажу, что в российских экспертных кругах уже давно обсуждаются возможные шаги России в случае одностороннего признания независимости Косово. Обсуждается вариант о признании независимости Абхазии, заключении с ней военного договора и аренде черноморского побережья для создания военной базы. В этом случае Грузии уже непросто будет вступить в НАТО», - добавил Виталий Наумкин.
Вопрос, почему Россия так боится появления НАТО на Кавказе и что плохого в Западе, в ходе «круглого стола» не обсуждался. Об этом в своем слове высказался только редактор газеты «Что делать», ныне редактор газеты “Азат Арцах” Мурад Петросян: “Я не понимаю, почему здесь звучат пророссийские мнения и почему здесь говорят об интересах России - как о наших? Ведь чего хочет Америка? Она лишь хочет, чтобы в мире была не одна, а несколько труб, чтобы не зависеть напрямую от России. И здесь я против России, противоречащей этому желанию Запада”. Он также отметил, что лучшим путем противостояния геополитическим вызовам является укрепление собственной страны.
Депутаты карабахского парламента Гегам Багдасарян и Максим Мирзоян, возвращаясь к переговорному процессу по карабахскому урегулированию, отметили логичность и неизбежность возвращения Карабаха в формат переговоров. По словам Гегама Багдасаряна, наиболее оптимальным форматом является трехсторонний - с участием Армении, Азербайджана и Карабаха. Только в этом случае возможны эффективные решения и их реализация.
В ходе «круглого стола» обсуждалась также информационная составляющая карабахского конфликта. По всеобщему мнению, в мир информационных технологий, когда целые секторы войны происходят на информационном пространстве, поражение на этом фронте равносильно поражению в войне.
За последние 15 лет руководство Карабаха не уделяло информационно-пропагандистской политике внимания. Такое мнение высказал редактор газеты «Что делать» Мурад Петросян.
«Карабах находится в невозможной блокаде. Системная пропагандисткая война, которая сейчас ведется в регионе, очень сильно влияет на общественное сознание мирового сообщества. И поскольку на этом фронте работает в основном азербайджанская машина, то в мире по отношению к конфликту сейчас применяют именно азербайджанскую фразеологию. Карабах ничего этому не противопоставляет. Последний пример - приезд азербайджанской делегации под руководством посла в России. В ответ на активную работу азербайджанских СМИ, которые выкинули в Интернет множество материалов, из Карабаха прозвучала бурная тишина», - отметил российский политолог Александр Крылов.
В ходе «круглого стола» прозвучало множество мнений, подтверждающих, что Карабах не вкладывает в информационную политику ни достаточных средств, ни содержания. И это при том, что информационное пространство, в отличие от всего остального, не имеет границ, и даже непризнанность не может помешать осуществлять должную информационную политику. Нужно только желание делать политику и понимание ее целей. Карабаху не нужно, как другим, что-то фальсифицировтаь, дезинформировать и пиарить - политических доводов у нас и без того достаточно.
«Надеюсь, после выборов нового президента в этой сфере тоже будут осуществлены реформы», - отметил один из участников встречи.

Наира АЙРУМЯН

Перспективы регионального развития: взгляд с юга Кавказа

Чтобы понять, какие есть перспективы регионального развития, прежде всего, нужно реально и адекватно оценить сложившуюся ситуацию, исторические процессы и иметь смелость назвать вещи своими именами.
А реальность такова, что на политической карте Кавказа четко обозначились новые государства. Независимо от социально-экономического уровня и состояния демократии, этнические сообщества пытаются приобрести более высокий уровень суверенитета. Развал колониальных систем далеко не завершен, и формирование новых границ и новых суверенных государств - важнейший фактор глобальной безопасности. Международное сообщество, так или иначе, будет вынужденно отказаться от совершенно неадекватной терминологии и понятий “радикализм и экстремизм, сепаратизм и терроризм” применительно к этно-общественным движениям.
В чем суть наших конфликтов? Вопрос в том, где принимаются решения, судьбоносные для народов ныне непризнанных государств и для их граждан в отдельности, и кто эти решения принимает, другими словами - степень участия граждан в принятии судьбоносных для них решений. Эта ценность не может быть подменена любыми другими соображениями и причинами, в том числе - факторами безопасности, экономического развития и т. д. Граждане Нагорного Карабаха, Абхазии и Южной Осетии хотят, чтобы судьбоносные для них решения принимались в Степанакерте, Сухуме и Цхинвале, и в этом им невозможно отказать.
В этом смысле конфликты можно решить только одним способом - признанием политической независимости народов. Иного пути нет. В этой ситуации все внимание, на мой взгляд, нужно сосредоточить на преодолении постконфликтных проблем и последствий войн, сделав акцент на гуманитарный аспект проблем - для того, чтобы люди, живущие в конфликтных зонах, беженцы и т. д., обустроились. Словом - нужно исходить из основополагающих прав человека, которые универсальны. Это было бы более разумным. Нужно подумать о цивилизованном разводе ради будущего объединения на новой ценностной основе. Отчуждение можно преодолеть не насильственным совместным проживанием, а в первую очередь - уважением прав друг друга.
А это можно сделать, стимулировав демократические преобразования во всех южно-кавказских государственных субъектах. Вообще-то в урегулировании конфликтов и в вопросе регионального развития бытуют два мнения, две концепции. Первое - только скорейшее решение проблем может способствовать нормальному процессу государственного строительства и становлению подлинной демократии. И второе - только после становления подлинной демократии и создания гражданского общества возможно политическое урегулирование проблем. Обе концепции по-своему верны, однако недостаточны по своей сути. Наверное, предпочтителен второй путь, потому что сегодняшние реалии в конфликтующих странах таковы, что общества отстранены от переговорного процесса и диалога. Но, скорее всего, нужно совместить оба направления, при этом, все же, сделав акцент на демократизацию. Со временем начинает преобладать мнение, что создание условий для роста демократии в любом случае должно опережать урегулирование проблемы.
Демократизацию нельзя ставить в зависимость от геополитических и стратегических интересов. Демократия, права человека - ключ решения проблем. Тут много было сказано об изъянах демократии как базовом условии урегулирования конфликтов, однако другой лучшей идеи нет. Нужно стимулировать демократические преобразования также в непризнанных республиках. Между тем, перед каждыми выборами в непризнанных странах международное сообщество настоятельно рекомендует воздержаться от них. Это абсурдное отношение по нескольким причинам.
Во-первых, выборы - это шанс улучшить нашу жизнь. Почему нам отказывают в праве улучшить нашу жизнь? Почему меня хотят заставить терпеть ту власть, которая лично мне не нравится? Почему я должен ждать, и самое главное - ради чего?
Однако ситуация становится просто комичной, если рассмотреть вопрос в другом ракурсе. Международные структуры, с одной стороны, боятся официальных контактов с властями непризнанных государств, так как это может расцениваться как признание, но, с другой стороны, они фактически ставят себя в ловушку, устроенную самими же. Они не признают новые государства, но, наставляя воздерживаться от выборов, они волей-неволей признают и поддерживают действующие в этих гособразованиях власти. Да-да, это и есть самое настоящее признание. То есть они не признают эти страны, не признают эти народы, но признают власти этих стран, только власти. Парадоксально, но факт: международное сообщество - лучший друг властей непризнанных республик. Если они настоятельно рекомендуют нас воздерживаться от выборов, то волей-неволей хотят, чтобы эти действующие власти остались в ближайшие как минимум 20-30 лет. Что еще нужно этим властям - им об этом и мечтать