# 14 (78) 31 августа 2007г
Признание
Представляем
вниманию читателей “Демо” серию очерков Никоса ЛИГЕРОСА об
Арцахе. Никос Лигерос является известной фигурой в научных кругах
Европы. Советник по стратегическим вопросам, профессор математики,
преподаватель лингвистики, биоэтики в Афинском университете,
Университете Траса, профессор Политехнической школы в Ксанти,
преподаватель геостратегии Греческой Полицейской академии и
Национальной школы безопасности Греции, консультант Школы
национальной обороны Греции.
Он также является научным консультантом Министерства иностранных дел
Греции, экспертом-юристом в Апелляционном Суде Лиона (Франция).
Поэт, писатель, сценарист, автор тестов по I.Q., основатель фонда "Альтруисмос",
помогающего беженцам представлять интересы в Европейском суде по
правам человека. Известен как эксперт по армянскому вопросу, в
частности, геноциду армян. Автор книги о геноциде «Человеческое
достоинство».
В июле 2007 года участвовал в выборах президента НКР в качестве
международного наблюдателя.
ТАКТИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ
АГДАМСКОГО РАЙОНА
Существует необходимость исследования Агдамского района с точки
зрения его тактического значения. Агдамский район в настоящее время
находится внутри нынешнего Нагорного Карабаха, хотя ранее находился
за пределами советского Нагорного Карабаха.
Сначала необходимо понять, что этот район граничит с Азербайджаном.
Проблема заключается в том, что данный район не представляет собой
тактического препятствия. Рельеф здесь исключительно ровный, что не
позволяет держать устойчивые и постоянные позиции. Так, даже
Тигранакерт может быть обойден. Ситуация обстоит хуже с Шхларом, Баш
Карвендом, Шеменли, Карадагли, Кенгенли. Чтобы удержать этот район,
необходимо иметь глубоко эшелонированную оборону, поддерживаемую
авиацией. Неверно ограничиваться лишь минными полями. В данной
конфигурации заброшенный город Агдам является центральной точкой,
так как он контролирует перекресток шести дорог. Более того, сама
структура города дает возможность ведения внутренней обороны.
Каменные дома могут служить в качестве огневых точек. Кроме того, с
тактической точки зрения, Агдам позволяет поглотить фронтальную
атаку благодаря стратегической глубине. Даже если он не представляет
собой непроходимую линию, он позволяет замедлить и ослабить
просачивание сил, таким образом защищая ось Аскеран-Степанакерт. Эта
ось, будучи коридором, проходящим вдоль русла реки Каркар, дает
возможность углубления обороны и контроля над столицей.
Необходимо разработать контрмеры для поглощения вероятного удара.
Только эти меры должны учитывать тактическое значение всего
приграничного Агдамского района. Таким образом, просто немыслимо
уступить этот регион без того, чтобы не подвергнуть опасности сердце
Нагорного Карабаха. В этом смысле необходимо удержать эти позиции во
что бы то ни стало, несмотря на намерение некоторых вести переговоры
по данному вопросу. Даже если теоретически возможно обсуждение этой
границы на переговорах, приграничный район подобного значения не
может быть вопросом переговоров. Следует понять, что этот район
является краеугольным камнем всей оборонительной структуры Нагорного
Карабаха, следовательно, необходимо сопротивляться всем
дипломатическим попыткам, придерживающимся противного мнения.
Тактические элементы Агдамского района достаточно просты. Любой
другой анализ будет носить тенденциозный характер и говорить в
пользу Азербайджана. Также, исходя из исторического опыта,
контекстуальная стратегия обязывает давать отпор обманчивым и ложным
дипломатическим аргументам. Также следует понимать, что историческая
ошибка может быть стратегической, в то время как стратегическая
ошибка обязательно станет ошибкой исторической.
Армянский народ существует вопреки всем и вся, но он находится в
опасности до тех пор, пока внешние акторы пытаются настаивать на
необходимости вернуть освобожденные территории. Свобода - это
заплаченная цена. Бойцы Арцаха наглядно продемонстрировали это.
Необходимо показать ценности этой свободы.
ВКЛАД АРЦАХА
Возможно, на первый взгляд кажется парадоксальным, однако для семей
- жертв армянского геноцида и защитников прав тех, кто борется за
признание геноцида - бойцы Арцаха являются примером, потому что они
показали, что невозможное является лишь понятием временным. Эти
бойцы доказали, что жертвы умеют сопротивляться, отстаивать свои
права и в конечном итоге побеждать. Основываясь на принципе
добровольности, а не насильственного вовлечения, а также на
формировании локальных структур в глобальной сети, армянское
сопротивление Арцаха показало всем нам путь. Так как прежде чем
приступать к формированию продуманного военного плана, необходимо
сначала пройти этот путь на ментальном уровне. Армянский народ не
идентифицирует себя лишь начиная с геноцида, которому он
подвергнулся. Он не был рожден народом-жертвой. Это диахронический
народ, чья культура, язык, традиции берут корни из глубины веков.
Именно по этой причине враг пытается уничтожить его, однако
бесплодно. Потому что армянский народ не таков. И бойцы Арцаха
доказали это. Они доказали, что утраченная родина не является
таковой до тех пор, пока народ, который живет на этой земле, не
рассматривает ее как потерянную родину. И враг не может заставить
это сделать. Даже погромы Кировабада и Баку не смогли подавить волю
армян. Атаки на Степанакерт и Шаумян только подтвердили
необходимость свободы. И жертвы, которые были привнесены в борьбу
против агрессоров, свидетельствуют о величии души, которое позволило
армянским бойцам бороться: одному - против десяти. И если есть одна
причина, дающая силу бойцам - это, без всякого сомнения, то, что
подвергшиеся геноциду не являются лишь мертвыми душами. Геноцид в
силу обстоятельств перерос в армянское мышление. Все жертвы
становятся частью того, что мы можем назвать «армянством». Вопреки
и, возможно, по причине геноцида жертвы стали бойцами, как если бы
Айк нашел силу против Вишапа. Таким образом, нельзя рассматривать
сопротивление армянских бойцов лишь как простой пример мужества,
проявленного перед лицом противника. Необходимо также видеть
развитие пути. Этот народ, подвергшийся ужасному и жестокому
геноциду, не согнулся. Это только начало. Этот народ не желает быть
жертвой, которую мы должны жалеть. Он держит свое будущее в своих
руках, хотя враг пытается лишить его прошлого. Армянский народ не
является другим по причине осуществленного против него геноцида.
Наоборот, геноцид привел к его эволюции. Он подвергся этому
преступлению против человечества по причине своей онтологии, и это
не его вина. Напротив, после геноцида армянский народ достиг
телеологии. Необходимо показать пример другим народам через борьбу
за признание геноцида. В этом смысле вклад арцахских бойцов является
фундаментальным, так как раскрывает идею о том, что все возможно,
даже в случае, когда все думают, что все потеряно.
Никос ЛИГЕРОС
Образование
АРМЯНСКАЯ ОБЩИНА
ВЕЛИКОБРИТАНИИ СЧИТАЕТ КАРАБАХСКИЙ ВОПРОС ПРИОРИТЕТОМ
В
настоящее время в Лондоне проживает около 15-20 тысяч армян. Цифры
неточные, поскольку армяне продолжают прибывать - из Ирака, Ливана,
Армении. Об этом в интервью «Демо» рассказал глава британской
организации «Ай дат» Севан АРТИН.
- Господин Артин, расскажите об армянской общине Англии.
- Могу сказать, что община у нас сплоченная, хотя, по сравнению с
другими армянскими колониями, достаточно молодая. В 19 веке армяне
селились в основном в Манчестере. Сейчас там осталось немного армян.
Центр переместился в Лондон. И здесь действует достаточно много
армянских организаций - Церковный совет, представительство АРФД,
культурное общество «Амазгаин», Союз Армянской Помощи, Ай Дат,
Армянский клуб «Навасард», Армянский дом «Айашен». Есть две
армянские церкви.
Мы вместе отмечаем церковные и национальные праздники, проводим
различного рода мероприятия. Основной упор - признание геноцида 1915
года. Работаем с парламентариями, проводим демонстрации. Недавно
организовали шествие перед резиденцией премьер-министра. Большая
часть армян проживает в округе Илинг, и, совместно с
муниципалитетом, мы также проводим мероприятия.
- Армянская диаспора оказывает Армении и Карабаху
неоценимое содействие - материальное и политическое. Пожалуй,
политическое содействие гораздо важнее. Тем более, в случае с
Великобританией, которая играет важную роль в мировых политических
процессах и широко представлена в кавказском регионе.
- Мы работаем прежде всего с парламентом
Великобритании. Сейчас со мной в Карабахе находится депутат Палаты
общин британского парламента Стефан Паунд, избранный от округа
Илинг. Он намерен своими глазами увидеть ситуацию в зоне
карабахского конфликта и проводить в парламенте работу, направленную
на представление армянских интересов.
Недавно министром здравоохранения Великобритании был назначен
этнический армянин из Ирака, который принимал участие в работе
общины. Надеемся, что в скором времени мы встретимся с ним и
поговорим о наших общих задачах.
Мы провели немалую работу, направленную на признание геноцида армян
1915 года. Решили активизировать деятельность и по карабахской
проблеме. И для начала хотим предоставить политическим кругам
Британии реальную информацию о карабахском конфликте.
- Вы считаете, что в Британии не имеют реальной информации?
- Англия имеет неофициально предвзятую позицию по карабахской
проблеме. И на это есть причины. Во-первых, заметное участие
нефтяной компании British Petroleum в разработке азербайджанской
нефти. Очень силен азербайджанский и турецкий лоббинг, антиармянская
пропагандистская работа. Далее, свою роль играет также исторически
неблаговидная роль Англии в истории Карабаха. Нужна большая работа,
чтобы противопоставить этому давлению нечто равнозначное. Думаю,
необходимо начать с реальной информации.
- Какие шаги вы намерены предпринять в этом направлении?
- В начале этого года мы пригласили в Лондон сотрудника МИД НКР,
который представил членам общины и официальным лицам детальную
информацию об истоках конфликта, видении ее урегулирования с
карабахской стороны, о нынешней ситуации в республике. Сегодня мы
предприняли второй шаг - пригласили в Карабах британского депутата.
Он поможет нам представить в парламенте соответствующую информацию и
повысить уровень взаимоотношений. Третьим шагом, возможно, станет
приглашение в Великобританию президента НКР. В любом случае, мы
будем тесно работать с карабахскими властями и организациями, чтобы
достичь общей цели.
ПАРАЛЛЕЛИ
КАКАЯ ШКОЛА НУЖНА ДЕРЕВНЕ?
За
последние три года в России было закрыто около 2 тысяч сельских
школ. Финансирование сельских школ, переданное на региональный
уровень, привело к тому, что в школах стало меньше детей, учителя
стали срочно уезжать. В результате постановления Министерства
обороны об отмене отсрочки от армии для сельских учителей лишило
школы молодых учителей-мужчин. Если в деревне закрывается школа, то
часто вскоре исчезает и сама деревня. В итоге - вымирание сел,
запустение прежде освоенных земель. Открывая общественные слушания
по проблеме сельской школы, заместитель председателя комитета
Госдумы России по образованию и науке Олег Смолин заметил: "Россия
потихоньку превращается в огромную, безлюдную территорию. Очень не
хочется, чтобы сбылся прогноз Владимира Набокова "Россия может
разделить судьбу древнего Рима: культура останется, а народ
исчезнет". Поэтому мы и пригласили сюда людей, которые знают, как
даже в этих условиях решать проблему сельских школ. Самое главное
убедить власть не закрывать школу, а превратить ее в основу
возрождения села".
Обсуждению этих механизмов и были посвящены слушания. Большинство из
собравшихся были специалистами из институтов (Москва, Иваново,
Арзамас и т.д.), занимающихся проблемами образования на селе.
Слушания начались с доклада заместителя директора Института
социально-педагогических проблем сельской школы РАО Марины
Гурьяновой.
Она отметила, что, несмотря на региональные отличия сельских школ, у
них есть главные общие характеристики. Прежде всего, то, что
сельская школа намного сильнее влияет на социум, чем городская. Ведь
у сельской школы, помимо образовательной, заметно больше культурных
и социальных функций. Авторитет сельского учителя несравнимо выше,
чем у его городского коллеги. Поэтому и готовить сельских учителей
сегодня надо иначе. Это должен быть, прежде всего, многопрофильный
учитель, с широким спектром знаний и умений. Сейчас учителям в
деревне в любом случае приходится и вести несколько смежных
предметов, и Windows переустанавливать, и законы объяснять, и досуг
ученикам организовывать. Так лучше им в этом помогать заранее.
Но в чем-то положение сельских учителей чуть легче, чем у горожан. В
сельских школах более однородный в культурном, интеллектуальном и
социальном отношении состав учеников. А значит, больше общих,
знакомых учителю проблем.
И только учитывая эти свойства, нужно проводить реформирование
сельской школы.
Но реформирование уже давно идет, и его эффективность тоже сильно
отличается в разных регионах. Так, во многих районах
пространственная изолированность школ разных ступеней привела к
развитию интегративных школьных моделей. Например, начальные школы
начинают функционировать как несколько подразделений одной школы
(именно начальные школы подверглись в первую очередь сокращению).
Очевидно, что сельская школа не может развиваться в отрыве от села.
Она напрямую зависит от его экономического положения. Поэтому для
решения образовательных проблем на деревне необходима кооперация
Минобрнауки с Минсельсхозом.
В итоге, по мнению Гурьяновой, эффект от действующего с 2001 года
постановления о реструктуризации сельских школ оказался
неоднозначным. В результате него одна часть сельских школ сумела
совершить прорыв и найти оптимальную форму существования, а другая
часть прожила в ожидании закрытия. Главная проблема в
неопределенности ближайших перспектив. Укрупнение и слияние сельских
школ - это объективный процесс. Но форсирование этого процесса,
срочное закрытие малочисленных школ губительно для деревень. И для
страны в целом. Ориентация только на крупные сельские школы
неприемлема не только для Сибири, но и для центральной России -
из-за расстояний, бездорожья, отсутствия транспорта. Каждый регион
должен выбирать свои модели с учетом географических и экономических
особенностей. Есть регионы, где школы расположены довольно
компактно, поэтому можно школы объединять и укрупнять. Но, в целом,
сегодня на арену вновь выходит сельская малочисленная школа, и надо
искать путь для ее развития.
И, конечно, любые воздействия на сельскую школу - как положительные,
так и отрицательные - имеют более заметный эффект, чем при
реформировании городских школ. Например, 3 тысячи сельских школ
получили по миллиону рублей в рамках проекта "Образование". Для
городской престижной школы эти деньги - тоже подспорье, но погоды не
сделают. А деревенская школа может позволить себе то, о чем и
мечтать не могла - новый спортзал или собственный транспорт. Хотя с
транспортом сейчас в деревенских школах дело обстоит не так плохо:
по оценкам Федерального агентства по образованию, потребность
деревенских школ в автобусах сегодня составляет около 7,5 тысяч
штук. Почти половину из них в 2007 году, как обещали в Минобрнауки,
деревенские школы получат. Другой вопрос, что делать в тех районах,
где проблемы с дорогами. Именно в таких заброшенных районах тихо
умирают малочисленные школы. Но дороги - это другое ведомство. Ему
вопросов участники слушаний не задавали.
Однако ясно и другое: никакие целевые раздачи компьютеров и
автобусов не решат основную проблему сельской школы - нет пока
ответа на вопрос, какая сельская школа нужна России. Об этом говорил
экономист, профессор МГУ Александр Бузгалин.
Если мы хотим сохранить сельскую школу как поставщика в город
дешевой рабочей силы, то это одна история. Если сохранять
исконно-лубочные деревни как славянофильские заповедники - другая. А
если это модернизированное сельское поселение, приспособленное к
цивилизационному уровню развития ХХI века, то исходя из этого и надо
строить стратегию реформы сельской школы.
А сегодня, несмотря на то, что четвертая часть населения нашей
страны ведет сельский образ жизни - факт, предопределяющий
разделение нашего образования на сельское и городское - федеральная
образовательная программа не имеет раздела, связанного с сельской
школой.
Вот и приходится самим сельским учителям модернизироваться порой на
свой страх и риск. Обычно это те, кто уже ответил на вопрос "какая
школа нужна сегодня российской деревне?" самим фактом своего
существования. Современные сельские школы выживают за счет
кооперации и интеграции. Они взаимодействуют с другими школами,
детскими садами, училищами. Кооперируются с физкультурными секциями,
культурными клубами. Способность к мобильности и вариативности
определяет степень живучести школы в деревни.
Жаль, что на слушаниях не было представлено ни одного комментария по
этому поводу от Минобрнауки. Зато были другие комментарии, без
которых тема сельской жизни уже давно не обсуждается: вредительство.
Когда-то его символизировали "злобные кулаки", позже насекомые и
грызуны. А теперь? Правильно - пособники Запада. Именно они
стараются разрушить русскую деревню, закрыв в ней все школы и лишив
тем самым ее будущего. Когда этот мотив зазвучал в первой части
слушаний в выступлении главного редактора журнала "Народное
образование" Александра Кушнира, то председательствующий Олег Смолин
попытался деликатно направить обсуждение в разумное русло: "Я не
знаю, где в России кончается управленческая безграмотность и
начинается вредительство, это отдельная тема, выходящая за рамки
наших общественных слушаний. Не берусь на эту тему высказываться. Но
политика свертывания сельских школ, безусловно, представляет
опасность для нашей страны".
Но в конце слушаний, когда Смолин уже покинул зал, присутствовавшим
пришлось выслушать фантизии президента некоего Всероссийского фонда
образования Сергея Комкова о том, что закрытие сельских школ
происходит совсем не в рамках реформ, а в соответствии с "Русским
проектом", одобренным конгрессом США. Цель этого проекта -
освободить огромные территории РФ от неугодного американцам русского
народа, поскольку центральной Америке и Западной Европе в результате
глобального потепления грозит-де затопление. И таким образом "враги"
уже готовят себе место для переселения. Климат центральной России
они якобы сочли для себя оптимальным. Да и талая вода Северного
ледовитого океана сюда явно не скоро доберется…
Эта идея не вызвала у участников слушаний явной поддержки. Думаю,
многие из них вспомнили старый анекдот времен холодной войны. Идет
по русской деревне засланный из Америки диверсант. Идет, озирается,
на встречу ему баба с ведрами. Он ей: "Здравствуй, бабушка!" Она
ему: "Здра-а-вствуй, американский шпион!" Идет дальше. На встречу
ему дед на телеге. Американец ему: "Здравствуй, дедушка!" Тот ему:
"Здорово, американский шпион!" Тут американец завяз в разбитой
колее, поскользнулся и упал в лужу. Выругался по матушке, как его
учили в диверсионной школе, а у забора стоит бабулька: "Осторожно,
американский шпион!" Он спрашивает: "Бабушка, а откуда ты знаешь,
что я шпион?" - "И, мила-а-ай, ты же негр!"
Наша деревенская колея, надо сказать, не американскими танками была
разбита. А вот то, что сельская школа могла бы стать тем мотором,
который вытащит из разбитой колеи русскую деревню, - этот мотив
звучал в выступлениях неоднократно.
www.polit.ru
Принято
говорить, что система образования - самая консервативная, и ее
сложно реформировать и модернизировать. Возможно, на каком-то этапе
истории так оно и было. Но в 21 веке, который развивается с
умопомрачительной скоростью, говорить о консервативности - значит
признать собственное поражение перед временем.