# 09 (28)      16 мая 2005 г.

Hакануне

Пришло время умных и гибких политиков

Итак, предвыборная гонка в Карабахе выходит на финишную прямую. Начинается самый горячий этап - словесный марафон, в ходе которого каждый кандидат или каждая партия должны убедить избирателей, что именно этот кандидат или именно эта партия - то, что нужно Карабаху для его выхода из “болота”, в которое мы все дружно попали: избираемые - из-за того, что красиво лгут, избиратели - из-за того, что позволяют им лгать.
Сегодня самым популярным в Карабахе стало слово “демократия”. Под него стали подстраиваться все, и с его помощью многие хотят разрешить свои личные вопросы.
Понимают ли говорящие о демократии, что сама демократия - это утверждение конституционных порядков? Хотят ли те партии, которые ведут в парламент олигархов и криминал, чтоб в стране воцарилась власть закона? Насколько сами эти партии и их кандидаты соответствуют нормам закона? Ведь на протяжении последних лет многие из власть имущих только и делали, что нарушали законы. Они упорно внедряли в сознание народа, что только они имеют право на власть, только они вправе решать судьбу народа. Они узурпировали власть, чтоб решать свои мелкоместнические проблемы, среди которых - создание монопольных предприятий, фетиширование новокарабахского образа жизни, предполагающего “право” на сотни гектаров земли, если сидишь в высоких чиновничьих креслах, “право” не брать в счет мнение народа - только потому, что он устал отвечать на бесчинства чиновников и махнул рукой на свою судьбу.
Но нынешние выборы в Карабахе - особенные, потому что народ стало труднее обманывать. Сегодняшний карабахец хочет не только послушать программу избираемого кандидата и партии. Он хочет узнать, какими конституционными методами эти кандидаты хотят претворить ее. Никто уже не сумеет “накормить” нас обещаниями, что будут отремонтированы дороги, дома, будут повышены размеры зарплат и пенсий, будут созданы новые рабочие места и т. д.
Нас сегодня интересует, сумеет ли тот или иной кандидат, избравшийся в парламент, поднять там вопросы, касающиеся решения проблемы Карабаха, его статуса, дальнейшей судьбы нашего государства с точки зрения мировой политики.
Сумеют ли олигархи проголосовать за законы, которые могут сильно ударить по их карманам, но спасут жизни десятков тысяч карабахцев?
Сумеют ли члены нового Национального Собрания принять законы, которые будут способствовать преобразованию поствоенного общества с его последствиями в гражданское общество, где каждый житель Карабаха сумеет защищать свои права по закону? Насколько сегодняшние кандидаты в депутаты Парламента НКР знакомы с законами нашего государства, насколько они знакомы с функциями парламента и со своими будущими функциями избранников народа?
Насколько мы, избиратели, знаем об этих законах и функциях, чтоб не допустить нового обмана общества со стороны кандидатов и партий?
Насколько мы осведомлены о политической и экономической деятельности тех или иных партий, чтоб суметь понять, почему так часто в последнее время поднимается вопрос о возврате освобожденных земель именно со стороны провластных деятелей? А может быть, возврат земель взамен на статус независимости Карабаха устраивает олигархов и их покровителей, потому что это - возможность скрыть теневую деятельность, которая во многом может быть связана с этими территориями?
Карабахцам есть над чем задуматься... Думать надо над тем, готовы ли мы поставить под угрозу наши десятилетние достижения, к которым мы пришли через финансовые, экономические, моральные лишения, через унижения и оскорбления, через произвол чиновников и криминализацию?
Готовы ли мы отдать жизнь и будущее своих детей на передовой и в тылу ради спасения репутации того или иного провинившегося перед законом кандидата? Готовы ли мы и дальше спокойно смотреть, как наше подрастающее поколение и молодежь ищет себе применения не там где нужно, потому что им нечем зарабатывать на жизнь, на отдых, на обустройство жизни?
Почему сегодня карабахцы так единодушно требуют демократии? Да потому, что мы - изначально законопослушный народ. Мы привыкли достигать благ жизни своим умом, талантом, знаниями и умениями. Карабахцы всегда были традиционалистами (что и позволило нам сохранить самобытность и цивилизованность); в нас крепко сидят закоренелые понятия об устройстве семьи, быта, взаимоотношений в обществе. К сожалению, среди нас оказались люди, которые показали, что быть карабахцем - не означает быть гарантированным от соблазна упиваться властью, богатством, неприятием мнения простых людей.
Народу Карабаха впору вспомнить, что даже семимиллионный Азербайджан и могучая коммунистическая партия не смогли сломить в нас воли к социальной справедливости и жизни по нормам цивилизованного мира.
Думаю, сегодня каждый гражданин Карабаха должен стряхнуть с себя неуверенность и пессимизм и понять, что именно его голос - решающий, и именно этот голос решит дальнейшую судьбу нашей страны и изменит нашу жизнь в ту или иную сторону.
Идущие в Национальное Собрание НКР должны ясно осознавать, что каждая из представленных там 33 фамилий может повернуть судьбу и историю Карабаха в то или иное русло. Чувство ответственности не должно покидать никого.
Время “крепких хозяйственников” в Карабахе закончилось, пришло время умных и гибких политиков. И об этом должны помнить все!

Маргарита КАРАМЯН
 

Дорога к Храму или обращение к интеллигенции

Выкристализованные ценностные ориентиры в годы войны позволили нашему народу подняться над страхом смерти и с честью преодолеть все испытания. Кризис идейности, наступивший в послевоенные годы, отсутствие ясных и четких целей привели к нравственной растерянности и подавленности основной массы населения, а затем и к потере какой бы то ни было сопротивляемости в отношении агрессивной безнравственности «воинствующей безграмотности».
Сведя к минимуму внешнюю угрозу, мы встали перед неменьшей опасностью углубляющегося процесса размывания веками сложенного облика народа, девальвации национальных, культурных и духовных ценностей.
Выход из духовного кризиса должен стать сверхзадачей интеллигенции, ибо нравственные компромиссы, допускаемые в последние годы именно интеллигенцией, привели к сегодняшней атмосфере чиновничьего произвола, расцвета коррупции и казнокрадства.
Общество, где традиционно гордились званием интеллигента как дворянским титулом, где интеллигентность была синонимом воспитанности, образованности, порядочности и правильных убеждений, должно решительно отмежеваться от примазавшихся полуграмотных чиновников, «интеллигентов» с душой раба, ловко перепрыгивающих с одной чаши весов на другую. Интеллигенция по сути превратилась в обслугу для бюрократии. И она несет основную долю ответственности за происходящее. Нравственный и исторический долг перед народом плохо осмыслен и еще хуже исполнен.
Интеллигенция потенциально способна и обязана взять на себя роль субъекта развития. Но в нынешнем социально растрепанном и политически разобщенном состоянии она не способна выполнить свою миссию. Нищенское, унизительное положение интеллигенции является закономерным результатом отказа от организованных форм политической борьбы за насущные интересы - как свои, так и всенародные.
Интеллигенция должна исподволь устанавливать критерии нравственности в обществе, определять общий нравственный климат в стране. Социальная, общечеловеческая миссия ее состоит в том, чтобы своими поступками, поведением показать возможность и необходимость существования в этом мире высоких нравственных и этических норм, постоянно напоминать окружающим, что такие извечно свойственные нашему народу понятия как совесть, честность, бескорыстие, сострадание – не пустые абстракции, а необходимые составляющие повседневной жизни. Еще одна социальная функция интеллигенции сводится к осмыслению происходящего в стране с позиций общечеловеческих ценностей. Историческая ответственность интеллигенции – знать, что нужно стране, задумываться над тем, как достичь цели, с помощью каких социальных механизмов. И нужно сделать все возможное, чтобы голос интеллигенции звучал громче профессиональных болтунов, обслуживающих бюрократическую машину государства.
Однако социальная и политическая активность интеллигенции сдерживается тем, что большая ее часть просто вынуждена бороться за существование. Более того, самое угнетающее – это невостребованность знаний интеллигента, его ума, его неравнодушия к проблемам государства и общества. Вчера еще уважаемый коллегами и соседями, сегодня он воспринимается окружающими как нечто жалкое – “жить не умеет”. И это только потому, что не хочет заниматься махинациями, не хочет обворовывать государство. Свое государство – ради которого мы воевали и потеряли тысячи жизней.
Исторический опыт свидетельствует, что социальные группы, не способные сформулировать влиятельные организационные структуры для реализации своей политики, оттесняются на политическую и социальную обочину, подвергаются эксплуатации и неизбежно деградируют. Необходимость координации усилий и консолидации интеллектуальных ресурсов сделала насущной потребность в объединении интеллигенции.
Бездействие с целью сохранения политической невинности недопустимо, а на нынешнем этапе – аморально. Интеллигенция должна, может и хочет помочь государству. Государство не может и не будет развиваться, делая ставку на чиновников (у большинства из которых «государство на языке, а на уме – пирог с казенной начинкой»), а не на интеллигенцию с ее государственным мышлением. Программы государства не должны быть аморфными, полными общих слов и прописных истин. Обществу нужны честные, понятные, открытые, конкретные установки. Власть должна предлагать обществу свои версии развития, а общество через известные механизмы одобрять их. Не бывает демократии, спущенной сверху.
Арцах не оскудел талантами - людьми одаренными, деятельными, с государственным мышлением. Проблема в том, чтобы государство смогло сориетироваться на них, оценить, сделать их работу привлекательной. Должна существовать категория лиц, обладающих досугом и достатком для осуществления фактической монополии на умственный труд.
И долг нашего общества – возвращение к вере, спасшей народ от уничтожения; сохранение и развитие духовных ценностей, которые мы как нация имеем; восстановление генетической тяги нашего общества к культуре, искусству и знаниям.
И даст Бог, мы найдем дорогу к Храму.

Гагик БАГУНЦ

НК и вокруг него

Политика России и карабахская проблема

В начальный период перестройки Москву вполне устраивало небольшое, еле заметное общественное движение в армянской среде, связанное с карабахской проблемой. Москва вполне допускала микроскопический, управляемый протест армян по поводу Нагорного Карабаха, тем более, что в досье ЦРУ, британских и турецких спецслужб карабахская проблема в СССР не принадлежала к актуальным и не содержала сколь-нибудь существенного политического потенциала. В Москве, в Вашингтоне, в Лондоне и в Анкаре армяне рассматривались как нация, проигравшая в истории и обреченная на молчаливое согласие со своей судьбой. После того, как карабахское движение приобрело массовый характер, Москва посчитала, что, решив свои вопросы с администрацией в Армении и в Азербайджане, движение можно будет свести на нет. Так или иначе, Россия, практически все русское общество, русская интеллигенция восприняли карабахское движение как враждебное, направленное на разрушение империи. Активистам движения не удалось заручиться поддержкой ни одной общественной группы в России. Советские СМИ перевыполнили план указаний советского руководства по клеймению национального движения армян. Армянский народ никогда не забудет репрессий 1989-91 годов, две карательные экспедиции 1991 и 1992 годов советских и российских войск против армянского населения Нагорного Карабаха, когда был потерян Северный Арцах, было уничтожено до 40 армянских населенных пунктов, погибло более 1000 армян. Поэтому, строя отношения с Россией, нельзя забывать, что завершение исторической пророссийской ориентации армянского народа началось с Нагорного Карабаха.
Современная Россия представляет собой страну, где власть в значительной мере децентрализована и государством управляют сразу несколько центров власти, представляющих промышленные, сырьевые, энергетические, информационные, информационно-разведывательные и оборонные корпорации. Поэтому не представляет большого труда манипулировать ни внутренней, ни внешней политикой. На разных этапах, после 1994 года, в Москве, а также в некоторых южных регионах России, возникали лоббистские группировки, которые либо поддерживали Азербайджан, либо проводили антиармянскую политику. Данные группы в разное время возглавляли Владимир Гусинский, Филипп Бабков, Евгений Примаков и другие. Эти группировки получали крупные суммы от Гейдара Алиева и Ильхама Алиева. Активно использовался в лоббистских целях президент «Лукойла» Вагит Алекперов. Но «армянское счастье» заключалось в том, что после устранения Е. Примакова с поста премьер-министра никто из данных лоббистов так и не оказался бесконкурентным в высших эшелонах власти в Москве.
После избрания В. Путина президентом России произошла принципиальная корректировка российской внешней политики. Региональная политика России с середины 2000 года по настоящее время находится в состоянии активной дискуссии, которая происходит буквально в «предбаннике» российского президента. Суть данной дискуссии во многом заключается в решении проблемы “Какой должна быть политика России в отношении конфликтующих или конфронтационных сторон” - паритетной, то есть традиционной для Москвы, или - приоритетной. Политику паритетов мог позволить себе Советский Союз, но не нынешняя Россия. Паритетная политика, сопровождающаяся катастрофическим запаздыванием, диспропорциями, непоследовательностью, отсутствием внутренней поддержки российского общества, привела к полному провалу на Балканах, были утрачены практически все позиции на Ближнем Востоке, сохраняется недоверие со стороны таких держав, как Индия и Иран. Попытки паритетных спекуляций Москвы привели к переосмыслению роли России даже в такой небольшой республике как Абхазия, да и вообще - во всем регионе Северного Кавказа.
В конце 2002 года политическое руководство России приходит к весьма принципиальному, даже историческому решению активного применения геополитического инструментария в отношении регионов СНГ. Принимается, что Россия не только несет историческую ответственность за бывшие советские автономии и этнические регионы вне пределов нынешней России, но и должна быть готова к «аннексии» данных территорий. Россия не обладает экономическими возможностями для абсорбции политических элит в новых независимых государствах, во всяком случае не в состоянии конкурировать с США и западным сообществом в экономической сфере. Поэтому, за исключением энергокоммуникационного фактора, Россия имеет возможность укрепить свои позиции в регионах только с помощью такого приема, как изменение конфигурации государственных границ и создание новых государственных образований. Данное решение было принято под впечатлением аналогичной политики, которую готовятся проводить США в Центральной Евразии, на Балканах и на Ближнем Востоке. Такая политика России не носит антиамериканского характера, хотя и найдет противодействие со стороны Европы, не заинтересованной в развитии данной тенденции.
Приняв политику «тотальной» поддержки Армении, Россия не упускает случая для напоминания ей об уязвимости и проблемах безопасности. Время от времени российские политики делают совершенно бессодержательные заявления по поводу карабахской проблемы, которые вызывают изумление даже в Азербайджане. Некоторое время Россия была обеспокоена возможностью игры американцев на опережение и желанием Вашингтона поставить «последнюю точку» в карабахской проблеме, причем в пользу Армении. Убедившись в том, что политика США хотя и подразумевает некоторое опережение, но не приведет к катастрофической утрате российского влияния на Армению, Россия стала более спокойно относиться к происходящим процессам. Этому во многом способствовала позиция США в отношении грузинских проблем, которая заключалась в невмешательстве в ситуацию в Абхазии и в Южной Осетии. США вполне удовлетворены безопасностью «евразийского коридора», обеспечивающего транспортировку каспийской нефти. Те государственные образования, которые не представляют угрозы этим проектам, а вернее - проводят предсказуемую политику - “имеют право” на существование и даже сотрудничество с США и мировым сообществом. США никогда не принимали какой-либо ответственности за Абхазию и Южную Осетию. Вместе с тем, совершенно иную позицию США занимают в отношении Приднестровской Республики, которая является «военной базой» России, внося элемент стратегического прорыва в Центральной Европе. Одновременно военное присутствие России в Абхазии и Южной Осетии вполне соответствует интересам США и Великобритании, так как этим самым усиливается безопасность в регионе Южного Кавказа.
Россия убедилась, что Нагорный Карабах не может быть аргументом или рычагом давления ни на Азербайджан, ни на Армению. Россия формирует иную систему рычагов давления на Азербайджан, которая будет носить долговременный характер, но не включать карабахский фактор. В данных условиях Россия придерживается политики неприсутствия в Нагорном Карабахе. Это, несомненно, разумная политика и она может только приветствоваться.
В последнее время отставные российские дипломаты и эксперты призывают к включению Нагорно-Карабахской Республики в число участников переговоров. Это объясняется тем, что, опасаясь утратить позиции в карабахском процессе (который носит чисто имитационный характер), Россия пытается применить предложения и инициативы, которые не вполне осмысленны и не содержат прогнозных оценок, к чему это приведет. За неимением иных идей применяются не совсем разработанные - лишь бы не остаться за бортом событий. Практически, Россия пытается растянуть использование теперь уже незначительных политических возможностей, уступая США инициативу в принятии наиболее радикального решения, связанного с международным признанием Нагорно-Карабахской Республики.
Вместе с тем НКР не собирается лишаться тех значительных возможностей, которые имеются в российском политическом «поле». Давно пора решить вопрос статуса представительства НКР в Москве, для чего необходимо решение Государственной Думы. Государственная Дума должна дать оценки событиям и трагедии 1991-1992 годов, связанных с действиями вооруженных сил России против карабахских армян. Было бы целесообразно создание представительств НКР в регионах Северного Кавказа и Поволжья. Нет необходимости создания в России карабахского лобби, этим пусть занимается Азербайджан. Сейчас идея лоббирования весьма популярна в Азербайджане. В Баку все внешнеполитические успехи Армении связываются с деятельностью армянского лобби, что стало «синдромом лобби» в азербайджанском мышлении. Лучшие карабахские лоббисты это - карабахские вооруженные силы и геостратегическое положение Нагорного Карабаха, а также готовность его народа построить современное государство. НКР имеет иные, практические задачи в России, связанные с привлечением финансовых и материальных ресурсов. Следует обратить внимание на то, что, находясь на протяжении десятков лет во враждебных отношениях с Россией, Израиль стремится стать ее стратегическим партнером. Армения и НКР, имея более длительные и тесные отношения с Россией, не должны упускать возможности, которые предоставляет сотрудничество с нею. Необходимо начать новый этап сотрудничества с Россией - в новых исторических условиях. А Россия в свою очередь должна восстановить свое экономическое, культурно-образовательное присутствие в Нагорном Карабахе.

Александр МКРТЧЯН
кандидат исторических наук,
политический исследователь,
Москва

«Мамаша Кураж» карабахской революции

В 1977 году Гейдар Алиев доложил в Москву, что карабахской проблемы больше не существует. В соответствии с действующими правилами, в КГБ СССР Нагорный Карабах не рассматривался как возможный очаг возмущений. Такого же мнения придерживались разведслужбы США. 4 марта 1988 года шеф ЦРУ испытал недовольство президента Р. Рейгана по поводу отсутствия прогноза о карабахском движении. Один из видных армянских диссидентов, воспринимавших карабахское движение исключительно как инициацию КГБ, говорил, что в 1987 году офицер КГБ уверял его, что скоро в Нагорном Карабахе начнутся волнения, подтверждая тем самым соответствующее мнение армянских диссидентских кругов. В 1987 году нужды в прогнозах не было, так как к тому времени карабахское движение уже началось.
Москве длительное время казалось, что она вполне контролирует процессы, связанные с карабахской проблемой. И руководители Армении осознанно или по наивности подтверждали &