# 13 (32)     30 июля 2005 г.

Миацум

Правила хорошего тона в Армении

Оказывается, ругнуть карабахцев перед едой полезно для пищеварения

Поехала в Армению в отпуск и вернулась удрученная. Оказалось, что там многое изменилось, по меньшей мере, для карабахцев. В кафе, на улицах, в учреждениях только и делают, что поругивают нашего брата-карабахца. Кто-то делает это просто так, следуя моде, кто-то с ленцой, а кое-кто – зло, с укоренившимся убеждением, что все несчастья армян происходят из Карабаха. В отличие от других, эта тема почти не выходит на страницы печати. А когда публичному и распространенному явлению не придают словесного обрамления, это значит - стесняются. Или считают, что обнародование будет на радость оппонентам.
Где же пресловутый источник такого отношения? Искать его в советской действительности бессмысленно, хотя и тогда карабахцев в Армении не жаловали. Возможно, стоит обратиться к послевоенным годам, когда в Армении, блокированной и нищенствовавшей, появились согревшие руку на карабахской войне нувориши, прикупили в Ереване квартиры, земли, открыли предприятия и взяли на себя роль «крыш». Это делалось совершенно неприкрыто и не могло не вызвать волны недовольств в самой Армении. Но тогда умные политтехнологи поспешили политизировать чистейшей воды человеческий фактор и представить это явление так, будто Армения страдает не из-за конкретных людей, а из-за нерешенности карабахской проблемы в целом. Это было тогда весьма кстати, так как, судя по всему, руководство Армении намеревалось решить карабахский вопрос путем создания «общего государства» с Азербайджаном.
Но рядовые жители Армении на этот крючок не попались. Они смогли сориентироваться в системе ценностей и отвергли «шанс» решить свои проблемы ценой такой жертвы, как Карабах. Они прикинули, что потеря Карабаха – это не просто территориальное поражение, это коллапс армянского этноса. И на этой волне к власти в Армении пришли люди, которые провозгласили политическим приоритетом совместное благополучие Армении и Карабаха: сохранение независимости Карабаха и его прогрессирующее развитие было объявлено единственной возможностью превратить Армению в геостратегически значимую единицу.
Так продолжалось недолго. О том, что власти Армении свернули с этого пути, говорит очередной всплеск негативного отношения к карабахцам. Но на этот раз причины такого отношения оцениваются более реалистично – люди говорят о засилье карабахцев в государственных органах, в бизнесе и, что самое неприятное, в криминальной иерархии. Трудно судить о масштабах этого явления, тем не менее, в Армении усиленно распространяется и культивируется миф о том, что все сферы жизнедеятельности республики контролируются карабахцами. Да что там говорить, даже анализ крови в больнице нельзя прилично сдать, если не предупредить старшую сестру - уроженку Мартакерта.
Какова во всем этом доля мифологизации, судить из Карабаха трудно, однако, учитывая падкость армянского общества к разного рода мифам, можно предположить, что кто-то может с успехом воспользоваться таким положением дел. К примеру, отставные генералы, которые усиленно убеждают ереванские «сливки» в том, что без карабахской «крыши» далеко не уедешь. И идут «сливки» за генералами, с одной стороны, стесняясь своей связи с Карабахом, а с другой – считая, что «надо же как-то выживать».
Да, не в слишком хорошем свете выглядит армянское общество. В первую очередь, потому, что жизнь в этом обществе построена на подчинении не закону, а воровским канонам того или иного землячества – будь то карабахского, ленинаканского, ереванского. И все же, Карабах проигрывает от этого гораздо больше. Проигрывают простые карабахцы, которых на улице в Ереване могут и оскорбить, проигрывает карабахский вопрос, так как в Армении появляется слой людей, отмахивающихся от карабахцев как от назойливых мух, проигрывает просто спокойствие людей, которым, по большому счету, только этого не хватало.
Выход из этой ситуации трудный, но единственный – установить в Армении такой правовой порядок, чтобы не кланы правили, а законы. И тогда карабахцы наравне со всеми остальными армянами смогут и бизнес делать, и наукой заниматься, и жить в Армении. Но если и тогда им это будет удаваться лучше, чем остальным, тут уж, как говорится, ничего не поделаешь.

Наира АЙРУМЯН
 

Армянская болезнь


“Шуртвац” гÛ

- Ты откуда?
- Из Карабаха...
- Ужас! Опять?????????
Если кажется, что этот диалог происходит между представителями воюющих государств, или, например, в России, где он еще и сопровождается словом “Понаехали...”, ошибаетесь. Это – типичный на сегодняшний день разговор между двумя представителями одной нации – из Армении и Карабаха.
В Армении нас уже не любят. Многие – даже на дух не переносят. Каждый раз, выходя в город, моя родственница предупреждает: “не говори на карабахском...” Конечно, там полно здравомыслящих людей, которым бывает стыдно, если кто-то ставит разницу «айастанец-карабахец”, но в большинстве своем многие простые люди в Армении к карабахцам сегодня относятся негативно. На самых различных уровнях я слышала обвинения в том, что карабахцы “понаехали” и держат теперь в руках весь армянский бизнес, что многие ключевые посты занимают люди с карабахскими корнями, что именно “карабахская мафия” безнаказанно бесчинствует, и что во всех бедах, в бедности населения и тяжелой социальной ситуации в Армении виноваты только карабахцы...
На заре 88-го года такое вряд ли представлялось возможным. Была волна единения и братства, а слово “миацум” передавало весь смысл карабахского движения. Сегодня страшно об этом говорить, но стена, разделяющая две части армянства, становится толще и выше. Недоверие, нелюбовь, обозленность и неприязнь – вот что в первую очередь чувствуют многие люди как там, так и здесь.
Я долго не решалась внутри себя назвать отдельные симтомы проблемой, но опыт последних месяцев общения с айастанцами подсказал: лучше начать говорить об этой больной теме, чем умалчивать и делать вид, что ее не существует. От этого рана станет более глубокой и имеющей меньше шансов на лечение...

“Кату краскатвох”

В этой проблеме виноватые есть, и виноватых нет. Началось все ужасно давно – быть может, с шутливой анекдототической истории о том, что айастанский бизнесмен покрасил кота и продал его вместо тигра... Пишу, потому что многие мои друзья в Армении не понимают этого выражения в подзаголовке. И сегодня, когда мы упрекаем наших соотечественников из Армении за нелюбовь к нам, стоит вспомнить и о наших к ним чувствах... Ведь и мы сами ставим разницу, ведь этот комплекс “местничества”, увы, присущ армянам всех происхождений. Может, надо заглянуть и к себе вовнутрь?

“Агабекяни моркури тген ем!”

Дней 15 назад в очередной раз едем в Армению. Наш таксист – опытный и залихватский водитель – гоняет с большой скоростью. И тут – в неожиданном месте – ГАИ. Парень представляется и спрашивает: “Вы знаете, что превысили скорость?” Наш таксист – “Да, я просто спешу”. ГАИ-шник: «Вы знаете, что это нарушение правил и что Вас должны наказать за превышение скорости?” Таксист: “А Вы что, тут новенький? Мою машину не знаете? Не знаете, что я - двоюродный брат генерала Агабекяна???” ГАИ-шник покорно продолжает: “Так бы сразу и сказал! Счастливой дороги, езжайте!” Мы спрашиваем: “Действительно, брат?” Таксист улыбается: “нееет”...
Если бы я сама не была свидетелем этой истории, мне бы такой случай показался придуманным. Но это – реальность. Реальность, не делающая чести никому из героев этой истории. И обиднее всего то, что это далеко не единичный случай. Можете представить, сколько карабахцев и некарабахцев от имени представителей карабахского клана вершат разные дела и делишки? Сколько творится беззаконий под теми или иными именами? И сколько еще будет совершено поступков, к которым простые люди из Карабаха и Армении не имеют отношения, но в результате которых пострадают именно они?

Белый костюм и черные колготки

Самая большая волна нелюбви к карабахцам пришлась на период правления Кочаряна. Люди, недовольные своим социальным положением, карьерой, зарплатой и т. д., видят виновником всех бед Кочаряна. Возникает ненависть к нему, а через него – к карабахцам вообще. Я многим своим знакомым пыталась объяснить, что нельзя переносить нелюбовь к Кочаряну на весь карабахский народ, но ни в какую! «Кочарян плохой, он – провинциал, перетащил в Ереван чуть ли не всех своих деревенских, и теперь коренными ереванцами руководят какие-то приезжие!» - вот так начинается поток недовольств. А одним из удивительных фактов в моей практике было то, что две очень известные представительницы масс-медиа Армении в качестве серьезных недостатков Кочаряна называют его жену. И причина недовольства - «Представляете, она с белым костюмом надевает черные колготки!»

На сайте знакомств

Самые свежие впечатления о взаимоотношениях двух представителей одной нации мы получили в нашей редакции из одного сайта знакомств. Во-первых, зарегистрироваться нам там как представителям Карабаха не удалось. Вариант был – «Степано(О)керт, Азербайджан». Мы вынужденно зарегистрировались как «Ереван, Армения» - потому что в списке армянских марзов Карабах (Арцах) не значился. И потом вдруг обнаружили, что не все собеседники нормально воспринимают то, что мы – из НК. Кто-то сразу прекращал переписку, кто-то – начинал обвинять в чем только возможно, кто-то – не верил, что в Карабахе могут жить эрудированные, свободные и развитые люди... Было обидно, когда вполне образованные лица, даже полушутя, говорили – «При карабахцах продали все, что можно было продать. Хорошо, что только высокие деревья и фонари не трогают. Чтоб было на чем их вешать потом...»

Ереванские вопросы

Недавно на одной встрече представителей общественности и СМИ Армении и Карабаха как-то само собой получилось, что обсуждение армяно-азербайджанских отношений перелилось в более наболевшую тему – армяно-карабахские взаимоотношения. Вспомнилось, как однажды на конференции представители Армении и Карабаха чуть ли не переругались из-за того, что в РА правят карабахцы, а присутствующие азербайджанцы полушутя сказали – “Да-а, а мы-то зря приехали...” К сожалению, сегодня выражения “стереотипы”, “стирание образа врага” и т. п. можно уже проецировать и на отношения между двумя частями нашего народа. Истоков у этой проблемы несколько – начиная с раздувшегося до неимоверных границ “карабахского бизнеса” в Армении до армейских проблем в самом НК. И еще - неинформированность населения. В Армении меня серьезно спрашивали – «Это правда, что тротуары в Степанакерте строят из мрамора?”, “Это правда, что каждый карабахец по приезде в Ереван получает квартиру и работу от Кочаряна?”, “ Это правда, что...”
Несмотря на близость расстояния, мифы обретают корни скорее, чем реальность. Простые люди в Армении не знают о том, что здесь живется так же, как и им. И что проблемы безработицы, социальной несправедливости, правовой незащищенности знакомы карабахцам так же, как и их соотечественникам в Армении.

Опасения

Мой коллега из Армении считает, что антагонизм между двумя частями нашего народа искусственно насаждается агентами различных спецслужб на уровне сплетен и разжигании антикочаряновских настроений в массах, чему нередко способствуют и действия оппозиции. До сих пор срабатывает подсознание, когда азербайджанцы внушали карабахцам, что они – “лучшие” армяне, а в Армении их называли “шуртвац”.
Наиболее важным в этой проблеме является то, что в случае возобновления военных действий это искусственное отчуждение между населением НКР и РА может крайне негативно сказаться на взаимопомощи. При сегодняшнем пристальном внимании международного сообщества к конфликту невозможно будет пресечь какими-то санкциями только помощь добровольцев из Армении. Вот почему в этой ситуации огромное значение будет играть единство менталитета нации, возврат к идеалам 88-го года и осознание простой истины – «Мы сильны, когда мы вместе».

Сор из избы

К счастью, в Армении и в Карабахе достаточно людей, которые и понятия не имеют о вышеназванных проблемах. Для них существует одна Родина, одна нация, один народ, один язык. Для них не возникает вопроса – откуда он и что у него за диалект? Для них важен просто ЧЕЛОВЕК.
Вот почему об этой проблеме и хотелось говорить, и нет. Не хотелось обижать друзей и единомышленников. Не хотелось выносить “сор из избы”. Но и жить дальше, умалчивая, невозможно. Ведь “изба-то” общая. И строить ее, чинить, думать о взаимоотношениях ее жителей и их будущем тоже должны мы.
Вместе и сообща.

Карине ОГАНЯН

Урегулирование

Территории или безопасность: в чем же суть карабахского конфликта?

«Кажется, карабахская сторона серьезно запуталась во всех этих пакетных и поэтапных вариантах урегулирования конфликта. Иначе не прозвучало бы нижеследующее заявление министра ИД А. Меликяна: “Мы отделяем вопрос признания статуса Нагорного Карабаха от вопроса мирного урегулирования. В этом вопросе для Степанакерта основополагающим фактором является безопасность народа НКР”. Как можно с такой логикой мирно урегулировать конфликт, суть которого состоит в вопросе принадлежности территорий?».
Бакинское «Эхо»

Безопасность зависит от соседа

Мы неслучайно привели эту выдержку из влиятельной азербайджанской газеты. В данном фрагменте – квинтэссенция того, что называется трансформацией сути конфликта. Азербайджан представляет конфликт так, будто армяне борются за какие-то территории. На самом деле конфликт в Карабахе начался с того, что чуть не ставшее национальным меньшинством на своей земле карабахское общество ощутило угрозу собственной безопасности, угрозу жизни, свободам – правовым, этническим, цивилизационным. На глазах у карабахцев права на жизнь на собственной земле были лишены нахичеванцы, жители других армянских районов на территории Азербайджана. Когда в демографическом раскладе численность азербайджанцев достигла критических 30%, карабахцы оказались перед выбором – либо отказаться от права на жизнь по собственному усмотрению, либо бороться. То есть речь шла не о территориях, а об основополагающем праве людей и народов – праве на жизнь и безопасность. Неважно, на территории какого государства живет тот или иной народ, неважно, кто им правит, важно то, чувствует ли он себя в безопасности.
А безопасность зависит от соседствующих народов. В этом плане Карабаху с соседом не повезло. Исторически, ментально, демографически восточно-тюркские этносы имеют привычку распространяться и расширять ареал своего проживания. Естественно, это расширение происходит за чей-то счет. Проблема заключается в том, в состоянии ли коренное население воспротивиться экспансии. Причем, экспансии не столько военной, столько демографической.

Чего ради Карабах должен идти на компромиссы

В докладе спецпредставителя Парламентской Ассамлеи ОБСЕ Горана Ленмаркера по карабахскому вопросу говорится: “Европейская модель урегулирования конфликтов, основанная на уважении прав нацменьшинств и интеграции, может подсказать разрешение других конфликтов в южнокавказском регионе”. Ленмаркер предложил определить статус Арцаха по примеру шведонаселенных Аландских островов, входящих в состав Финляндии. Комментируя данное предложение, вице-спикер армянского парламента Тигран Торосян отметил: «В свое время карабахцы дали ответ на этот вопрос. Президент НКР Аркадий Гукасян сказал члену комиссии по внешним отношениям Европарламента Пьеру Гартону: “Я согласен, чтобы Нагорный Карабах стал автономной областью, но только под протекторатом Финляндии”.
Это очень важное замечание. Как мы уже отметили, для карабахцев (как и для всех нормальных людей) главное – право на жизнь, безопасность и свободы. При наличии у людей условий для безопасного и свободного проживания этнический фактор обретает сугубо культурно-языковое, ментальное значение (как в США). Кстати, Горан Ленмаркер предложил учитывать при урегулировании конфликта четыре условия. Первое: договоривающиеся страны должны осознавать, что их национальной безопасности ничто не угрожает. Иметь соседа, чувствующего себя в безопасности, значит обеспечить собственную безопасность. Второе: должны соблюдаться высокие стандарты демократии, прав человека и прав меньшинств. Третье: экономическая интеграция обеспечивает общую прочную взаимозависимость на основе взаимного процветания. Четвертое: процесс интеграции подкрепляется свободой передвижения и коммуникаций.
Касаясь статуса Нагорного Карабаха, Горан Ленмаркер отмечает, что нахождение Арменией и Азербайджаном решения на базе современной интеграции во многом упростит поиски разрешения данного вопроса. В случае открытия границ и создания интегрированной экономики роль контроля над территориями потеряет былое значение, и в связи с ними будет возникать меньше споров. В то же время Горан Ленмаркер напомнил, что Нагорному Карабаху необходимо будет предоставить возможность сохранения своей самобытности, а его население необходимо будет убедить в том, что его права будут защищаться надежной и независимой правовой системой в рамках Азербайджана.
Все это прекрасно, ну а что, если ваш сосед имеет склонность к экспансии – внешне очень даже мирной? Какие гарантии может предложить мировое сообщество для защиты от такого соседа? Вряд ли предложенный европейцами вариант интеграции подходит для карабахского конфликта, поскольку именно в условиях отрытых границ и интернациональных законов гораздо легче осуществить демографическую экспансию. (Грубо говоря, демографическая экспансия – это когда один народ размножается и распространяется гораздо быстрее, чем другой).
Так что же, неужели лучшим способом защититься от национальной экспанции является моноэтнизм и национальная самоизоляция? Это, конечно, противоречит принципам западной демократии, которая не предполагает различий по национальному или иным признакам, однако, не стоит забывать, что западная демократия строилась в странах, которые не ощутили на себе экспансию другой цивилизации. Сегодня, после терактов в Лондоне, взрывов отелей для иностранных туристов в Египте, словом, после объявления Востоком террористической войны, Запад оказался перед выбором - этническое равноправие или безопасность? Пока Европа не может отказаться от взлелеянных веками демократических ценностей, однако уже вынуждена прибегать к некоторым ограничениям, за которыми, по всей видимости, последует установление этнических квот. Европа захочет себя обезопасить, и от того, какой путь она выберет, зависит, как будет решен карабахский вопрос. Если вопросы всеобщей безопасности будут продолжать оставаться на задворках европейской политики, Карабаху навяжут аландскую модель. Но как только подвергающиеся экспансии народы осознают всю опасность террористической войны, Карабах (и Армения) будет обязательно признан форпостом западной цивилизации на Южном Кавказе. Если уже не признан.

О чем же хотят спросить европейцы карабахцев?

Говорят, европейцы предлагают в течение 10-15 лет провести референдум по статусу Нагорного Карабаха. При этом Азербайджан фактически признает право Карабаха на самоопределение. Что касается территорий, контролируемых Карабахом, то 5 районов возвращаются Азербайджану в обмен на возможность проведения референдума. Так передает радио «Свобода». Решен, якобы, и вопрос размещения миротворцев - государства, предоставляющие миротворцев, не должны быть членами Минской группы ОБСЕ. По сообщению “Свободы”, “пакетно-поэтапный формат” затрагивает также армяно-турецкие отношения, в частности, вопрос открытия границ. Согласно источнику, с момента подписания соглашения Турция открывает границу с Арменией, а Азербайджан прекращает блокаду транспортных путей.
Кстати, интересная информация. “Исключение Армении из региональных экономических и коммерческих инициатив на Южном Кавказе угрожает политике Соединенных Штатов, направленной на стимулирование стабильности и атмосферы сотрудничества в регионе”, - говорится в проекте закона “Акт 2005 года об интеграции и открытых железных дорогах Южного Кавказа”, который передан на рассмотрение в Палату представителей Конгресса США. В разделе практических мер проекта запрещается содействие США созданию или развитию железнодорожных или связанных с железной дорогой коммуникаций, которые не пересекают Армению или не создают связь с ней, однако пересекают Баку, Тбилиси и Карс или создают с ними связь. Отметим, что в мае этого года президенты Азербайджана, Грузии и Турции заявили о намерении построить железнодорожный коридор, связывающий Турцию с Грузией и Азербайджаном.

Так может ли моноэтнизм обеспечить национальную безопасность?

Многие карабахцы, уже много лет проживающие в России, покупают квартиры в Степанакерте. На всякий случай. В беседе с нами один из таких «москвичей» отметил, что слишком много происходит терактов, слишком сильна непримиримость на чужбине - уж лучше жить среди своих. «И вообще, выясняется, что самое безопасное на земле место – это Карабах. Многие «бывшие» карабахцы даже не подозревают, насколько здесь безопасно – и в плане терроризма, и криминальньной ситуации. «Там» трудно жить – в постоянном страхе за детей», - признался мне «москвич».
Так почему безопасно в Карабахе? Неужели у нас лучше всех работают службы нацбезопасности? Или народ законопослушный пошел? h