# 10 (29)      31 мая 2005 г.

НК и вокруг него

Парламенту - новый качественный уровень

Выборы - один из главных этапов в жизнедеятельности каждой страны. От того, на каком уровне они проходят, зависит степень цивилизованности данного государства.
19 июня 2005 года пройдут выборы в парламент НКР. Безусловно, это важное политическое событие. По сей день международное сообщество неготово признать независимость Нагорного Карабаха, а Азербайджан демонстрирует свою негативную реакцию на проведение в Карабахе выборов. Чтоб доказать неправильность их позиции, нам нужно продемонстрировать на выборах очень высокие стандарты демократии и прозрачности.
Нужна ли Карабаху демократия? Без сомнения. Без нее не остановить экономического отставания и не обеспечить нормального будущего для наших детей. Но как ее строить? Как не позволить олигархам, крупным бизнесменам и большим чиновникам купить демократию лично для себя? Как не превратить это понятие в модную фразу?
И поверят ли избиратели в красивые слова своего кандидата на предстоящих выборах?! Каким бы мы хотели видеть будущий парламент? Сможем ли мы довериться нашим будущим депутатам?
На эти вопросы попытались ответить наши избиратели.
А. А.: Чего ждать от депутатов, когда всегда так было и так будет? Чиновник пишет инструкцию так, чтобы ему больше несли и меньше тревожили. Законодатель улучшает закон так, чтоб от проверяющих совсем уж некуда было спрятаться. Налоговики так стараются, что скорее сдирают налоговую шкуру с бедствующей старушки, продающей зелень с собственного огорода. И вся беда в том, что жаловаться некому. Депутатам не до народа - они обеспокоены тем, как подольше задержаться в Национальном Собрании. Оппозиции не до народа - ее заботит, слышат ли ее в Диаспоре. Правительству не до народа - ему лишь бы собрать налоги, заплатить по внешнему долгу. Только все они должны помнить, что их благополучие зависит все-таки от голоса народа.
С. Г.: Мое мнение - депутат должен быть всесторонне развитым, высококвалифицированным специалистом в той или иной сфере, иметь необходимый опыт и знания для разработки законов. Необходимо, чтобы каждый кандидат помнил о том, что статус члена парламента не предполагает высокий государственный пост, депутатскую неприкосновенность и иные льготы. В первую очередь, это большая ответственность перед избирателями. То есть депутат должен воздержаться от демагогических предвыборных лозунгов и невыполнимых обещаний, которые являются не чем иным, как свидетельством отсутствия ответственности. Если будет такой кандидат, обладающий перечеисленными качествами, я отдам свой голос ему.
Мнения по поводу выборов были разные. Среди опрошенных были и люди, которые наотрез отказываются участвовать в выборах, отдавая свой голос тому или иному кандидату, обосновывая свое решение тем, что никто не будет думать о народе, и что тут просто идет борьба за кресло.
Естественно, кандидаты не должны допускать в стране нарастания пессимистичных настроений. С другой стороны, активность избирателей очевидна. Особый ажиотаж наблюдается в Степанакерте, в округах которого баллотируется в среднем по 9 кандидатов. Значит, борьба будет вестись за каждый голос, что еще раз подтверждает - избиратели будут принимать активное участие в предстоящих парламентских выборах.
Нашим кандидатам остается правильно вести предвыборную агитацию и не выходить за рамки цивилизованного политического процесса.
Нельзя увлекаться ложными обещаниями, которые заводят в дебри. Надо идти по такой дорожке, которая позволит кандидатам более-менее понять вопросы, которые мучают народ.
Многие кандидаты вместо предъявления своей программы охаивают друг друга в попытках повлиять на исход парламентских выборов, называя себя оппозиционной стороной, хотя сами не входят в списки оппозиционного блока.
И именно подобные выступления подталкивают народ на следующее мнение.
О. Д.: А есть ли в стране оппозиционная сила или отыщется ли хотя бы одна партия, которая с удовольствием не использует любой, даже самый сомнительный, источник финансирования для реализации собственный целей? Есть ли такая партия, которая серьезно подумает о реализации своей собственной программы, а не о программе своего соперника? Кандидаты должны помнить, что несправедливая критика очень часто является замаскированным комплиментом. Давайте подумаем о том, насколько нам выгодны разногласия и недоверие друг к другу в парламенте? Все, в том числе и оппозиция, должны исходить из интересов государства, из интересов своего народа. Нельзя на первое место ставить личные отношения, ведь ответственность за непредсказуемые негативные последствия в конечном счете ляжет именно на них.
Действительно, нашим депутатам нужно задуматься о необходимости формирования достойного Национального Собрания, который станет гарантом установления в стране конституционного порядка, проведения прозрачных и демократических выборов.
Отстояв свое право на самоопределение, наш народ должен продемонстрировать динамизм в развитии государственной и общественной жизни.
На данном этапе развития нашего государства нам необходимо новое качество в парламенте. Обеспечение этого качества возможно, только проявив к нуждам народа и его самым острым проблемам особое внимание.
В парламенте должны сидеть честные и добросовестные личности, которые в состоянии подумать о формировании правового государства, становлении подлинной демократии, утверждении социальной справедливости, формировании атмосферы взаимодоверия в сфере бизнеса, т. е. - о достижении достойного уровня жизни карабахцев и полной экономической безопасности.
Колыбель успеха каждого кандидата в депутаты - это сохранение дружбы, доверия и уважения.
На свете есть только один способ побудить кого-либо проголосовать за себя... И он заключается в том, чтобы человек сам захотел это сделать. Помните - другого способа нет.

Армине МАРТИРОСЯН


И армянам, и азербайджанцам не хватает политической культуры

Недавно в Ереване побывал руководитель департамента конфликтологии и миграции Института мира и демократии (Баку) Ариф Юнусов, который любезно согласился ответить на вопросы “Демо” .

- Вам не кажется, что армянское и азербайджанское общества еще не готовы к диaлогу - с учетом армянофобских настроений в Азербайджане, ярким примером которых является убийство Гургена Маргаряна?

- Я думаю, что это не совсем яркий пример, потому что точно также могут привести в пример выражение Кочаряна о генетической несовместимости двух народов. Я понимаю, когда кто-то посторонний говорит об этом, а это президент страны, который не имел права говорить такие вещи, да еще и с высокой трибуны. Это тоже показатель толерантности армянского народа... Я понимаю, что произошло страшное событие – убийство, но это не должно перечеркивать многое хорошее. Поэтому, когда я говорю, что мы сегодня не готовы к диалогу, я имею в виду именно это. Проблема в том, что вам - армянам - кажется, что все плохое идет оттуда. И когда приезжаю сюда, мне всегда говорят: вот Ильхам Алиев сказал, Угузаде сказал... Я отвечаю: хоть раз скажите, что ваши сказали? В таких случаях я вспоминаю Гранта Матевосяна. Он точно сказал: все беды происходят от того, что пока мы - армяне - не можем чувствовать боль и страдание азербайджанцев, а они в свою очередь не могут чувствовать боль и страдание армян, т. е. каждый говорит о себе и, соответственно, каждый считает, что он хороший, его страна - это империя добра, а вот там - империя зла, они плохие, они нехорошие, дикие, варвары... Вот тогда диалог станет возможным.

- Судя по вашему докладу на международной конференции “Кавказ 2004”, политическая ситуация в Азербайджане довольно накалена. Как вы думаете, могут ли ноябрьские выборы привести к кровавым столкновениям? Есть ли там революционные настроения?

- Да, революционные настроения, конечно, есть. Точнее, не революцинные, а протестные. Даже из числа тех, кто в свое время проголосовал за И. Алиева, многие разочарованы. Потому что он обещал, например, открыть в течение пяти лет 600 000 рабочих мест, и многие поверили, что он действительно сын отца - к тому же, более либеральный, молодой, с имиджем реформатора. Другое дело, что есть очень сильное разочарование также в отношении лидера оппозиции. Это, по-моему, то же самое, что и в Армении - нет веры в кого-то хорошего, есть разочарование и во власти, и в опозиции, нет лидера, в которого можно было бы поверить. По-моему, это общее и для Армении, и для Азербайджана. Власть никто не любит, но люди смотрят на оппозицию и видят, что и там нет политика, поэтому приходится выбирать из двух зол. В этом случае трудно сказать, как будут развиваться события дальше.

- Как Вы считаете, эти выборы могут повлиять на решение карабахского вопроса?

- Нет, на разрешение карабахского конфликта в ближайшее время ничто не сможет повлиять, потому что это слишком сложный вопрос и зависит не от одних парламентских выборов. Я даже сказал бы, не от президентских выборов. Это во многом зависит от уровня демократизации наших народов и наших обществ. Не вы, не мы не являемся демократичными народами. Мы можем спорить - кто больше, кто меньше. На самом деле и в Совет Европы нас приняли потому, что стоял геополитический вопрос - Россия была авансом, что когда-то мы будем умными, хорошими. На самом деле мы не такие. Политическая культура не высока ни у вас, ни у нас. И в этих условиях неважно, кто президент - Кочарян, Алиев или кто-то еще. Я вообще не верю, что при Алиеве и при Кочаряне что-то вообще возможно. Я не верю в это, потому что сегодня они оба настроены достаточно бескомпромиссно. Представьте, оба наши министра инностранных дел - ваш Осканян и наш Маммедъяров - даже не могут встречаться один на один. Это же абсурд. О каком решении может быть речь? Они даже обиделись друг на друга, хотя министр не человек. Министр должен выполнять свои обязательства перед государством. Я не знаю, что произошло между ними, но это бред, когда министр не хочет встречаться и обсуждать самую главную проблему наших народов только из-за каких-то личных симпатий. И это показатель того, что в ближайшее время и при нынешнем режиме как в Армении, так и в Азербайджане, не будет никаких перемен. Будут нагнетания на линии фронта, перестрелки, истерия в СМИ, но чтоб решить карабахский конфликт, нужно много времени. Для этого должен измениться наш менталитет - мы должны перестать видеть друг друга, по крайней мере, врагами. Лучше видеть оппонента, у которого своя точка зрения. А это возможно только по мере интеграции в западную структуру. Конфликты есть везде - в Европе тоже, но они могут решать проблемы в рамках переговоров. Мы еще от этого далеки. Поэтому я не считаю, что что-то зависит от парламентских выборов в Азербайджане или у вас. Я не верю, что в ближайшее время этот вопрос решится, мы еще к этому не готовы.

- Каковы шансы оппозиции на выборах?

- На самом деле, шансы оппозиции всегда были высоки и, по большому счету, оппозиция всегда побеждала - во всяком случае, в последние годы. Т. е. в 1998 году на президентских и парламентских выборах, практически, победила оппозиция. Но проблема в том, что наша власть все время фальсифицирует результаты выборов, а Запад закрывает глаза на это из-за нефти и называет выборы “шагом вперед”. Может, многие проблемы и тот же карабахский конфликт мы решили бы лучше, если бы не было нефти. У нас есть нефть, которая, с одной стороны, разобщает власть, а с другой стороны позволяет Западу делать политику двойных стандартов. Вроде бы, говорят про демократию и защиту прав человека, а сами закрывают глаза на такие вещи. И это способствует росту антизападных, антиамериканских настроений, радикализации населения.

- Какова роль СМИ в разрешении карабахского конфликта?

- Как-то армянские и азербайджанские журналисты обсудили ситуацию - что было бы, если к власти в Армении и Азербайджане пришли бы сами журналисты. После долгой дискуссии они пришли к выводу: ‘’Не дай Бог этому случиться, тогда будет еще хуже’’...

Беседовала
Лилит АСРЯН


Депутат Госдумы РФ Затулин считает, что в Нагорном Карабахе наблюдается социальный прогресс

В Нагорном Карабахе с визитом находился директор Российского института стран СНГ, депутат Госдумы Константин Затулин. К. Затулина принял президент НКР Аркадий Гукасян.
Отвечая на вопросы журналистов, Затулин отметил, что в Нагорном Карабахе произошел заметный прогресс как в государственном, так и просто городском строительстве. Он подчеркнул роль предстоящих в Нагорном Карабахе парламентских выборов в процессе государственного строительства. “Не секрет, что Нагорно-Карабахская Республика не всеми признана как независимое государство. Однако несмотря на это и на наличие многочисленных проблем, НКР демонстрирует высокие стандарты демократии”, - отметил Константин Затулин.
Руководство Нагорного Карабаха уже разослало пригласительные для наблюдения за ходом выборов. “Я буду здесь в качестве наблюдателя, и мой нынешний визит связан с желанием уточнить обстановку накануне выборов. Началась избирательная кампания, но как мне показалось, политическая борьба не выходит за рамки цивилизованного процесса. И с этой точки зрения ситуация не похожа на события в признанных государствах, где происходят “цветочные” революции”, - подчеркнул К. Затулин.
“Все, что происходит в Карабахе позитивного, не может нравиться Азербайджану, тем более то, что народ в Нагорном Карабахе не только отстоял свое право на самоопределение, но и демонстрирует динамизм в общественной и экономической жизни. Не стоит озираться на мнение азербайджанской стороны”, - посоветовал российский политик.
Говоря о недавней встрече между президентами Кочаряном и Алиевым, К. Затулин заметил, что вокруг нее множатся домыслы. “Как бы не происходили переговоры, в конечном счете все решать народу”, - отметил К. Затулин.
Что касается роли России в урегулировании конфликта в Нагорном Карабахе, то российский политик подчеркнул, что самой главной обязанностью России является обеспечение невозобновления военных действий.
 

 31 мая - всемирный день борьбы с курением
"Бомба замедленного действия"

Давайте согласимся, что врожденная склонность к сигарете губит человека. Это можно образно сравнить с тем, как змей хитростью своей прельстил Еву: табак притягивает всех, кто думает, что неприятности в семейной жизни, напряжение на работе отойдут куда-то в сторону, если они закурят.
Многим мешает отказаться от сигареты распространенное мнение о том, что она успокаивает в критических ситуациях, помогает сосредоточиться или, наоборот, отвлечься. Такое мнение соответствует действительности настолько, насколько человек внушил себе это. С не меньшим, а во многих случаях и с большим успехом можно отвлечься или сосредоточиться, успокоить нервы с помощью других средств: выпив один-два глотка воды, расслабив мышцы, вдохнув запах цветов, сосредоточившись на каком-нибудь звуке, мелодии или выполнив несколько физических упражнений. Разница лишь в том, что эти методы и приемы от курения безвредны и, кроме всего прочего, не стоят денег.
"Бомба замедленного действия" - с зажиганием первой сигареты, с первой затяжки "включается пусковой механизм на обратный счет времени". Действие самой "бомбы" заключается в следующем: частицы дегтя, содержащиеся в табачном дыму, захватывают радиоактивные частицы из воздуха и откладывают их в потенциально концерогенных "горячих точках" легких и бронхов человека. Рак легких возникает от действия альфа-лучей, образующихся при распаде радиона во время курения. За 40 лет курения суммарная доза облучения достигает 143 рад. Доказано, что никотон - сильнейший яд; 100 мг его смертельны для взрослого человека. Такая доза содержится в 20 папиросах, и человек, ежедневно выкуривающий 20 папирос, не погибает только потому, что доза эта поступает в организм постепенно, а не сразу. Если курильщик в среднем выкуривает пачку папирос в сутки, то нетрудно подсчитать, что за 30 лет он выкурит 200 тысяч папирос, в которых содержится несколько тысяч смертельных доз.
Итак, что нужно для того, чтоб навсегда расстаться с курением?
Прежде всего необходимо, чтобы понятие "вредности" курения обрело для человека реальное, конкретное, жизненно важное значение и чтоб оно было более весомо, чем удовольствие от выкуренной сигареты. Если удовольствию от курения человек не может противопоставить какие-либо очень значимые для него личностные отношения, моральные и интеллектуальные ценности, то любая попытка бросить курить будет только самообманом.
На вопрос, почему человек решил отказаться от сигареты, у него должен быть ясный и четкий ответ. Иначе никакой способ отвыкания или метод лечения (даже рекламируемая "таблетка" и та не в помощь), никакой лекарственный препарат или мудрое наставление не дадут желаемого результата. Главное - психологическая готовность человека избавиться от дурной привычки. Мне известно достаточно примеров, когда некоторым людям с помощью тех или иных приемов или методов лечения удавалось бросить курить. Однако они рано или поздно все равно закуривали. Почему? Потому что в глубине души сожалели о тех днях, когда могли закурить, и мечтали хотя бы разок затянуться сигаретой.
Осознанное побуждение бросить курить может быть осмысленно в различном ключе: для одного человека наиболее значимым будет тот вред, который курение наносит его здоровью, для другого - то, что сигареты ложатся бременем на семейный бюджет, для третьего - то, что табачный дым неприятен близкому человеку. Каждому надо найти свой ключ к решению жизненно важной проблемы - необходимости бросить курить.
Почувствовав готовность отказаться от курения, не медлите! Если же нет соответствующего психологического настроя, следует его создать: заранее подготавливать себя к тому, что через день, три дня или неделю вы, наконец, бросите курить. И самым же эффективным средством от курения было и остается одно - это не начинать курить вовсе.

Грайр БАГДАСАРЯН

 

Карабах

Политические процессы в НКР и внешние интересы

Оценки степанакертских экспертов убеждают, что общественные процессы в НКР уже давно опережают политику и действия властей, преодолевают стереотипные представления о Карабахе в Ереване и во внешней среде. Несомненно, карабахское общество проявляет озабоченность, опасения и, возможно, надеется на изменения в экономическом и социальном положении. Во всяком случае, о каких-то принципиальных изменениях в обществе и, тем более, в общественном мышлении, говорить рано, это было бы притянуто за уши. НКР никогда не имела политических инициатив и была принуждена «делегировать» свои права ереванской капитулянтской группировке. В связи с переходом Р. Кочаряна на другую работу из Степанакерта в Ереван было выяснено, что в Ереване нет своих людей, есть просто люди сами по себе. Утраченные иллюзии привели к апатии, к гипертрофированным меркантильным настроениям, к нарастающему цинизму. Героями стали только те, кто погиб. Герои, которые выжили, стали в лучшем смысле коммерсантами или обывателями, конформисты – государственными деятелями. Политиком не стал никто.
Но могло бы карабахское общество стать самодостаточным? Не была ли эта идея изначально самообманом, иллюзией или мифом, сыгравшим неблаговидную роль в формировании актуальных реалий? Было бы необоснованным и несправедливым утверждать, что карабахского общества не существует. Конечно же, существует некий растерянный, подзабытый реальный этнос субтрадиционалистского типа, утративший политическую субъектность, но не утративший надежд обрести свое место не только в армянском обществе, но и в мире. Любое общество, подвергнутое экспансии столь агрессивной среды, перестало бы существовать. Мир и Армения сделали все, чтобы Карабах оказался в состоянии глубокой социальной и национальной прострации, дезорганизованности, утратил волю к сопротивлению. При этом генеральной целью ереванских заправителей явилось полное беспрекословное подчинение Карабаха. Обещав в зарубежных салонах автоматическое подчинение Карабаха заказным проектам пресловутого урегулирования, ереванские заправители совершенно не допускают какого-либо сопротивления в Степанакерте. И для этого они уже имеют основания. Предложенная несколько месяцев назад в Степанакерте идея достижения политической самостоятельности НКР была воспринята с интересом, но исходя исключительно из сиюминутных запросов нуворишей, псевдопатриотов от местного бизнеса, узревших в этой идее ни много ни мало – способ увильнуть от налогов и еще больше обогатиться. Идея политической независимости настолько безразлична для карабахских властей, что они восприняли ее без особого опасения.
Вот с такими позициями карабахское общество подошло к парламентским выборам, которые должны продемонстрировать силу, возможность, способность к самостоятельному существованию. Вроде бы карабахское общество достаточно ответственно и напряженно готовится к этим выборам. Создаются политические блоки, новые политические партии. Так или иначе складываются два противоборствующих «полюса» - власти противостоят главному оппозиционному блоку, то есть власть активно участвует в выборах. Позитивным результатом было бы создание большего разнообразия в парламенте и в политическом классе, утверждение трех-четырех самостоятельных политических партий, не связанных с властями. Но гораздо более важное значение имеет обеспечение так называемых справедливых выборов, что означает соблюдение правовых основ в реализации избирательного права. Вот так проста и понятна задача для общества численностью в 150 тыс. человек.
Есть иллюзия того, что внешняя среда не очень то интересуется политическими процессами в НКР и, прежде всего, предстоящими парламентскими выборами. В Армении известны, по меньшей мере, две группы экспертов, работающих по европейским программам, которые предусматривают анализ и экспертные оценки политических процессов в НКР. Это только те программы, которые связаны с проектами формирования гражданского общества, проблемами выборов. Помимо находящихся непосредственно в Армении экспертов ведущих консалтингов Европейского Союза и правительства США, есть и Центр европейских исследований в Брюсселе, который призван осуществить основополагающий анализ карабахской ситуации. Проблема внутриполитических процессов в НКР исследуется также Институтом международных отношений Королевского колледжа в Лондоне, который рассматривает карабахскую проблему в тесной связи с проблемами безопасности в Центральной Евразии, включая проблемы Северного Кавказа, Центральной Азии, Турции и Ирана. Карабахская проблема является предметом внимательного рассмотрения специально созданной экспертной группы при Сенате США. Помимо этих ведущих экспертных учреждений, порядок, стиль и характер предстоящих парламентских выборов в НКР будут рассматриваться ведущими информационными агентствами и СМИ, отдельными исследователями, интегрированными в правительственные структуры, группы парламентариев и политиками различных государств. Во всяком случае, оценки данным выборам будут даны на основе внимательного изучения материала и ситуации.
Имеются откровенные доброжелатели и недруги данных парламентских выборов и вообще - процесса становления карабахской государственности. Россия крайне не заинтересована в становлении НКР как международного партнера. Посредством «русских» друзей политических руководителей Армении, вполне определенные круги в Москве внушают мысль о несерьезности перспективы становления карабахской государственности и международного признания НКР. Советчиками политических руководителей Армении являются богемные, совершенно безответственные, но хорошо выполняющие свою роль агентов влияния московские «проармянские» деятели, которым наплевать на Армению. Россия не может представить, как без ее эгиды будет создано новое государство на ее имперской территории. Не сумев сделать Карабах разменной монетой в плохой игре с Азербайджаном, российские политики делают вид, что владеют ситуацией, которая якобы предопределена. Но, как ни парадоксально, российские СМИ в любом случае преподнесут парламентские выборы в НКР как безукоризненные. С Россией все понятно.
США сделают вид, что не замечают погрешностей в процессе предвыборной кампании, но, безусловно, сделают самые действенные выводы из произошедшего. Причем, нарушения правовых основ выборов приведут к катастрофическим последствиям не столько для властей НКР, сколько для политического руководства Армении. Новый «состав» Государственного Департамента США представляется просто идеальным для Армении и для непризнанных государств. Но это преимущество может легко трансформироваться в прямую угрозу, если НКР продемонстрирует неспособность обеспечить правовой порядок. Следует понимать, что для США приоритетом в отношении НКР является отсутствие российских войск и явные признаки утраты обществом и офицерским корпусом так называемой пророссийской ориентации. В настоящее время НКР из всех непризнанных государств и неподконтрольных территорий наиболее проамерикански ориентирована. Но это основополагающее условие плохо работает без соблюдения правового порядка. Можно уверенно утверждать, что в администрации США уже обозначены те эксперты, которые станут первоисточниками в оценках парламентских выборов в НКР. Политическая идеология данных экспертов мало чем отличается от подобных характеристик их европейских коллег, и, скорее всего, и те и другие эксперты скоординируют свои выводы, предназначенные для потребителя.
Основная проблема властей НКР и Армении - это европейская экспертиза. В ней будут участвовать исследователи не только из Армении, но и из Грузии, Азербайджана и России. В отдельных случаях могут быть очень неожиданные экспертные оценки. Но дело не в первоисточниках. Проблема в том, будет ли экспертам дан заказ и с чьей стороны это будет сделано? Заказы могут варьироваться от позитивных до откровенно негативных. После печально известной резолюции ПАСЕ, вокруг НКР в Европе возникла некоторая интрига, связанная с желанием провести ревизию этой резолюции, обвиняя авторов текста в тенденциозности и пристрастности. Кроме того, Азербайджан и Турция прилагают отчаянные усилия заблокировать любые стремления политических групп в Европе поддержать Армению. Однако даже не в этом заключается интрига. Интрига связана, прежде всего, с самими выборами в НКР как таковыми. Европейские политики понимают, что далее невозможно игнорировать избирательные права населения непризнанных государств и неподконтрольных территорий. Можно оценивать политическую нормативность выборов, а вовсе не право на выборы. Парламенты Косово и Северного Кипра воспринимаются в Европе как вполне легитимные органы власти, парламентарии данных непризнанных государств регулярным образом находятся в политических отношениях с европейскими парламентариями. Европейским политикам необходимы аргументы – либо выборы в непризнанных государствах принципиально, даже теоретически, не могут осуществляться в правовом режиме, либо нужно признавать их результаты. Недавние президентские выборы в Абхазии стали сенсацией, мощным аргументом в руках сторонников признания выборов в аналогичных государствах и важной заявкой на международное признание (что, собственно, и беспокоило Россию). Необходима критическая эмпирика, вернее, эмпирическая критическая масса фактов. Поэтому попытки подорвать выборы в парламент НКР можно рассматривать как историческое преступление.
Но что произойдет, если оппозиция, именно оппозиция, недовольная по тем или иным причинам результатами выборов, объявит выборы сфальсифицированными и неправовыми? В этом случае нужно будет либо отменить результаты и назначить перевыборы, либо допустить полный провал борьбы народа НКР за независимость. Поэтому государственная мудрость должна была предполагать определенные договоренности между властями и оппозицией. Отсутствие данных договоренностей является результатом амбициозных позиций властей и оппозиции. Власти НКР так и не воспользовались имеющимися возможностями провести реальные административные и социальные реформы, расширив социальную базу власти. Власти допустили неимоверные промахи, создав комические политические партии и предпринимая попытки воспользоваться административным ресурсом, потворствуя властям Армении не допустить создания независимого карабахского государства. Но и с оппозицией не все в порядке. Сейчас уже не остается сомнений в том, что оппозиция не очень четко представляет себе подлинные политические задачи. В лучшем случае, даже при наибольшем возможном успехе оппозиции на парламентских выборах, ей представится всего лишь возможность выучить «ВВЕДЕНИЕ» в политику, но не более того.
Вновь созданные политические партии не решились выходить на выборы самостоятельно. Новые оппозиционные партии, как и новые провластные компании, также не уверены в себе и не осознали, на что они способны, на что – нет.
Опасно доверять судьбу Карабаха безответственным деятелям. Хорошо бы просто перемешать карты в этой заведомо проигрышной ситуации.

Ашот ТУМАНЯН
(Амшецы), советник по
информации правительства
Абхазии (Лондон - Сухум - Степанакерт)
(спец-но для «ДЕМО»)

Соседи

Карабахский дневник
Спецреп из Шуши, Агдама и Ханкенди

(начало - в предыдущем номере)

На пути к Шуше

На пути из Лачина в Шушу вместо азербайджанских селений, к названиям которых мы так привязались на протяжении десятилетий, встречались малоизвестные вывески. «Что такое Бердадзор?» - спрашиваю у Карена, сотрудника степанакертской милиции, сопровождавшего меня за все время моего пребывания в Карабахе. «Это бывший Гарагышлаг», - уверенно отвечает Карен. Власти Нагорного Карабаха изменили названия подавляющего количества сел Карабаха. И в этом ряду Шуша не является исключением.
За все время моего пребывания я упорно пытался найти ответ на вопрос: почему армянам было так необходимо внести изменение в окончание названия азербайджанского форпоста в Карабахе? Почему? Тщетно. Каждый житель Карабаха пытался объяснить мне исключительное право армян на Шушу и обосновать глупое решение об изменении названия города, который сейчас называется Шуши. Подъезжая к колыбели азербайджанской культуры, мы остановились на дороге у въезда в город, где зимой ненастного 1992 года была расположена наша артиллерия.
«Вот отсюда каждый день ваши в течение 40 минут обстреливали Степанакерт», - признавались новые шушинцы.
До оккупации я никогда не был в Шуше, но этот город я представлял совершенно по-другому. Я встретил полуразрушенный и едва заселенный город, называемый Шуши. По словам первых жителей, которых я встретил, в этом городе проживает около 3,5 тысяч армян – в основном, беженцы из Баку, Гянджи, Мингячевира.
Ко мне подходит старичок, все еще не привыкший к бархатной шушинской зиме. Генрих Акопян покинул Баку в далеком 88-ом году. И все еще мечтает о возвращении на Родину.
«Сынок, как нам тяжело здесь жить, поскорее бы уехать отсюда», - с горечью признается бывший бакинец.
Оставив старика, я буквально помчался к газетному киоску. Интересно, что же читают новые шушинцы?
- «Какие газеты?! Люди на хлеб не находят денег», - признается продавщица, бывшая уроженка Баку.
Узнав, что я из Баку, она не смогла скрыть своего изумления: «То-то вижу родное лицо. Поймите, мы никогда не любили ереванских и не смогли ужиться с ними. Я работала на Володарской фабрике. Каков сейчас Баку?». Она безостановочно задавала мне вопросы о Баку, пытаясь удивить меня беззаветной любовью к бакинцам. Как ни странно, но Шушу в основном заселили бакинские армяне, и в целом город сохранил свой традиционно интеллигентный состав населения. Всюду в Шуше я встречал тепло и ностальгию бакинцев по старому Баку.
“Меня можешь просто называть Саро. Я – разинский”, - с этого началось наше знакомство с главным общественным деятелем Шуши Сарасаром Сарьяном. Он стал живо и красноречиво рассказывать различные истории, хвалить и упрекать своих друзей, которых оставил в Баку.
Саро так влюбленно и красиво описывал Баку тридцатилетней давности, что мне хотелось все слушать и слушать его. «Почему с нами так поступили? У меня нет никаких претензий к бакинцам, которые спасли мою жизнь во время погромов. Я понимаю, что и они стали жертвой политики еразов». Меня поражала глубокая осведомленность карабахцев о тонкостях трайбовой сегрегации в Азербайджане. Они, словно цепляясь за соломинку, пытаются найти в каждой информации что-либо о Баку и Азербайджане.
В Шуше отреставрированы армянские церкви, но наряду с этим начались и ремонтные работы в шушинской медресе. Армянская власть города планирует преобразовать медресе в концертный зал города.
Нижняя часть Шуши полностью разрушена и уничтожена, там практически никто не проживает. А чуть выше началось строительство финских домов, что вызвало возмущение многих жителей города, выступивших против нарушения архитектурной гармонии города.
Прокладываются новые автодороги, строятся магазины… И, как ни удивительно, в этих магазинах продаются товары азербайджанского производства. Все население Шуши покупает продукцию «Азерчая», которую армяне скупают у наших бизнесменов в Грузии в селении Садахлы, населенном азербайджанцами и расположенном близ границ Азербайджана и Армении.
А при выходе из города совсем недавно сдана в эксплуатацию частная гостиница, построенная в евростиле. Да, город постепенно обретает новое лицо. Удивительно, но шушинцы не испытывают проблем со светом, и в городе уже действуют два интернет-клуба, три средние школы (это на три-то с половиной жителей), достраиваются кэмпы в Верхней Шуше, которые в конце 80-х годов строились для беженцев из Армении. Как известно, в тот период безземельцы предпочли Шуше Баку, и в этих недостроенных кэмпах скоро начнут свою новую жизнь бакинские армяне.
Архитектурный памятник истории Шуши – здание царской семинарии для благородных девиц - выстоял за годы войны, и сейчас в нем расположился ансамбль народного творчества, руководимый беженкой из Мингячевира Джулией. На мой вопрос «Как вам здесь живется?» все буквально хором ответили: «Разве это можно назвать жизнью? Мы не живем, мы существуем!».
Вдруг рядом раздалась азербайджанская речь. Бывшая бакинка Света:
- Гагашым, неджесен? Как я скучаю по Баку… Мы так и не ужились с ереванцами, поэтому нашли пристанище в Шуши… Здесь держали азербайджанского военнопленного по имени Ровшан. Бакинец, он так хорошо пел, мы кормили его каждый день…
Трудно выразить свои чувства, но от этих людей исходило тепло и непреодолимое желание вернуться в Баку. Хотя каждый из них не может представить – как после всего случившегося народы смогут примириться и жить вместе?

Город, которого нет

…По дороге из Аскерана в Агдам вдоль трассы расположено огромное и древнее азербайджанское кладбище. Я захотел войти, но местные люди предостерегли меня: «Здесь еще очень много мин. Ежегодно сюда приезжают сотрудники различных агентств по разминированию и создают видимость работы. На самом деле, здесь еще очень много мин».
Не доезжая до Агдама, слева под холмом горы расположено известное село Храморт, которое во время войны являлось главным яблоком раздора на этом фронте. Раз десять Храморт переходил из рук в руки. Поэтому село практически уничтожено и сейчас заново восстанавливается.
В селе я встретил всего несколько человек. И одним из первых, кто согласился ответить на мои вопросы, стал бывший житель села Арам, совсем недавно вернувшийся с заработков с Украины. Арам ненавидит войну, и именно поэтому он одним из первых покинул Карабах в начале 90-х годов. Он мечтает о тех временах, когда армяне и азербайджанцы жили по соседству и вели мирную жизнь…
Спускаясь по гористой тропинке в сторону центральной автотрассы, я подошел к старушке, которая уже 87 лет живет в этой деревне. Узнав, что я азербайджанец, она улыбнулась, но внезапно на ее лице появилась ненависть, она повернулась и отошла от нас. Арам тихо произнес: «В 1992 году, когда ваши взяли это село, она потеряла всю свою семью».

Мы направлялись в Агдам – цитадель азербайджанского сопротивления в Карабахе. Армяне намеренно превратили этот город в руины. Я попытался найти хотя бы один непострадавший от варварского налета дом. Тщетно. Город сравняли с землей, и многие в Карабахе объясняют это варварство глубоким презрением к агдамцам. После Шуши Агдам был вторым плацдармом азербайджанской артиллерии, откуда велся беспрерывный обстрел в направлении Аскерана и Степанакерта. Армяне мечтали о возмездии, которое через несколько лет свершилось. Оккупационные войска не тронули только мечеть.
И это было особым приказом карабахского военного командования. Но мечеть сегодня превратилась в символическое место дембелей войсковых частей, расположенных в Агдаме. Все стены дома Аллаха расписаны дембелями. «Механик. 1995 г.», «Карен 2000», «Артур Гукасян 2004 г.». Эти росчерки дембелей, безусловно, ложатся пятном на честь агдамцев и всего азербайджанского народа. В то время, как агдамцы торгуют на бакинских рынках и воздвигают себе виллы в Хырдалане, армянские солдаты сравняли с лицом земли их город и оскверняют их памятники культуры.

Скот успели вывести, а людей нет

Увидев Ходжалы, я не смог скрыть своего изумления. Уничтоженный дотла этот азербайджанский поселок полностью восстановлен и преобразован в город Ивановку в честь армянского генерала, принимавшего активное участие в оккупации Ходжалы. Ходжалинская трагедия, глубокие раны в нашей душе, нанесенные армянским экспансионизмом на этой многострадальной азербайджанской земле, проходили красной нитью во время всех моих встреч в Аскеране. Как же так? Неужели у этих людей не осталось ничего человеческого? Но справедливости ради признаю, что как-то несколько лет тому назад я встретился с ходжалинскими беженцами, временно проживающими в Нафаталане, которые открыто признались мне, что накануне широкомасштабного наступления российско-армянского контингента войск на Ходжалы город находился в кольцевом окружении. И еще за несколько дней до наступления армяне непрерывно по громкоговорителям предупреждали население о планируемой операции, предлагали гражданскому населению покинуть поселок и выйти из окружения через гуманитарный коридор вдоль реки Кар-Кар. По словам самих ходжалинцев, они воспользовались этим коридором и находящиеся за коридором армянские солдаты действительно не открыли по ним огонь. Некоторые солдаты из батальонов НФА почему-то вывели часть ходжалинцев к селу Нахичеваник, который в тот период находился под контролем аскеранского батальона армян. А остальная часть была накрыта у подножья Агдамского района артиллерийским залпом.
Находясь в Аскеране, я выслушал заместителя главы администрации Аскерана Славика Арушаняна и сравнил его воспоминания со словами ходжалинцев, которые подверглись обстрелу с азербайджанской стороны.
Я попросил С. Арушаняна помочь мне указать тот коридор, откуда выходили ходжалинцы. Ознакомившись с географической местностью, с полной убежденностью могу сказать, что домыслы об отсутствии армянского коридора лишены оснований. Коридор действительно был, иначе полностью окруженные и изолированные от внешнего мира ходжалинцы никак не смогли бы прорвать кольца и выйти из окружения. Но, преодолев местность за рекой Кар-Кар, вереница беженцев разделилась и почему-то часть ходжалинцев направилась в сторону Нахичеваника. Похоже, что батальоны НФА стремились не к освобождению ходжалинцев, а к большей крови на пути к свержению А. Муталибова.
По словам С. Арушаняна, «за несколько дней до наступления ваш тогдашний президент Муталибов позвонил в Степанакерт и обратился с просьбой к Мкртчяну, нашему бывшему президенту. Он попросил обеспечить условия для того, чтобы люди смогли покинуть блокадный Ходжалы. В ответ Мкртчян спросил Муталибова – почему вас не интересует судьба ваших людей? На присланные из Баку вертолеты почему-то помещают не людей, а скот!».
Да, скот успели вывести, а людей нет. Таковы печальные воспоминания о первой карабахской войне.
Я спросил у аскеранцев: «В Карабахе мне рассказали, что здесь живут азербайджанцы. Правда ли это»? «Мы можем прямо сейчас направиться к ним в гости», - удивил меня С. Арушанян.
И действительно, в самом центре Аскерана живет азербайджанец по имени Тофик Алиев.
Самое интересное - узнав, что я из Баку - он нисколько не смутился.
- Я живу здесь с 60-х годов. Мы переселились сюда из Уджарского района. После начала волнений я переехал в Азербайджан, вновь вернулся в Уджар. Но я не смог там выжить.
- Когда вы вернулись обратно в Аскеран?
- В 1991 году. Правда, в одно время меня хотели убить.
Тут в нашу беседу с Т. Алиевым вмешался С. Арушанян: «Я тогда сказал ребятам – к чему его убивать? В чем он виноват? Сегодня для нас нет никакой разницы, кто по национальности Тофик».
Да, эта история настолько поразила меня, что, вернувшись из Карабаха, я сразу же поспешил поделиться своими впечатлениями с читателями. И насколько было велико мое удивление, когда так называемый министр странных дел господин Маммедъяров срочно опроверг мои впечатления и расценил их любимым словом «провокация».

С любовью и болью

Каждый житель Степанакерта обращался ко мне с обидой: «Почему вы называете наш город Ханкенди? Мы родились не в деревне, а в городе!» Откровенно говоря, я тоже не могу понять назойливость и напускную принципиальность многих наших краснобаев и пропагандистов, тупо навязывающих нашей топономике название Ханкенди. В сущности, этот город является Степанакертом. Этот город был построен и оформился именно в годы Советского Азербайджана, и по большому счету, в отличие от Шуши, Лачина, Кельбаджара, никогда не был азербайджанским.
В отличие от того, что находит отражение на страницах многих наших СМИ, в Степанакерте строятся дома, школы, город преобразовывается на глазах. Как правильно заметил один из моих армянских коллег, Карабах – это отдушина для диаспоры. Именно поэтому сюда привлекаются многомиллионные инвестиции, возводятся новостройки, заправочные станции, строятся новые дороги, открываются совместные с иностранцами предприятия. Кстати, в отличие от наших новостроек, здесь новые квартиры получают не чиновники из президентского аппарата и депутаты, а семьи инвалидов и погибших в войне.
Один из жителей Степанакерта Карен: «Мой отец погиб в боях за Мардакерт в 1992 году. В этом году А. Гукасян вручил нам ордер и мы получили в новостройке пятикомнатную квартиру». Слушая сына карабахского солдата, я невольно пришел к мысли, что патриотизм укрепляется не пустыми пропагандистскими заявлениями, а реальными поступками. В каких трущобах ютятся наши карабахские инвалиды, как они влачат свое существование? Это известно каждому из нас…
Обида армянских карабахцев выражалась не только в том, что в Баку Степанакерт называют по-иному, но и в связи с широко развернувшейся кампанией вокруг так называемого героического поступка Рамиля Сафарова. «Разве он мужчина? Он же убил спящего человека! Настоящие мужчины убивают в открытом бою», - эти слова и упреки встречали меня повсеместно. Но откровение моего охранника, который сопровождал меня до моего последнего дня пребывания в Карабахе, просто потрясло меня.
«Я охранял вас до последнего дня. И это было честью для меня. Моего отца убили во время войны, он погиб в Мардакерте. Но я понимаю, что все это ушло в прошлое. Приезжайте еще». Ведь у него была тысяча возможностей убить меня и отомстить за кровь своего отца, получить всеобщее признание и уважение. Он не сделал этого. Ему не позволила совесть.
Я прощался с Карабахом и своими коллегами. Карина, встретившая меня первой на этой земле, улыбаясь, сказала: «Отсюда уезжают с любовью!».
С любовью и болью покидал я Карабах.
Лачин-Шуша-Агдам-
Ханкенди-Баку

(перепечатано без изменений)

Эйнулла ФАТУЛЛАЕВ
“Реальный Азербайджан”, Баку